– Ой, нет. От меня даже вы сбежали. – Снова целует на этот раз в висок и выходит за двери.
И что это вообще было? Что за странные разговоры и поведение? Возвращаюсь к Лизе и следующий час мы играем, строим и рушим башни, рисуем и еще много-много всего, как в двери звонят. Что-то он быстро. Никто кроме Славы быть не может по ту сторону двери, поэтому не глядя в глазок, открываю двери. И прирастаю к полу.
Он стоит на пороге моего дома, а я поверить глазам своим не могу.
– Зачем ты сюда пришел? – голос дрожит.
– Она от меня? Девчонка твоя, моя дочь? – он все такой же наглый и грубый, время ничего не изменило. Ну, кроме внешности. Теперь передо мной не молодой парень, а мужчина, который даже своей энергетикой подавляет.
– Нет. – Упрямо смотрю в его глаза, в которых сейчас буря. – Это наша со Славой дочь. Я тебя давно забыла и живу дальше. Займись тем же.
Мне практически удается захлопнуть двери перед его носом. Практически.
– Если ты врешь, – кулак прилетает в дверной косяк, – а я уверен, что это так. Ты пожалеешь об этом. Берегись мышка.
После этих слов он просто уходит, садится в свой черный внедорожник и уезжает. А я закрываю двери, перевожу дыхание. Нельзя плакать, моя крошка меня очень остро чувствует…
ГЛАВА 2
– Котик, ты сегодня поздно, – говорит моя жена, когда я, едва волоча за собой ноги, попадаю в нашу, хотя какого черта? В свою квартиру. – Я думала, что не дождусь уже.
Катя соблазнительно улыбается и встает в полный рост. Ноги длинные, подкачанная в нужных местах. Короче жена у меня как машина моя – в тюнинге вся от и до. Скидывает с себя прозрачный халат и остается в классном, едва прикрывающим ее прелести, нижнем белье. Плюс эти хреновы веревки, как их там правильно? Плевать. Все это поднимает моего дружка и приводит в боевую готовность, хотя настроения нет никакого. Не могу до сих пор прийти в себя после того, что узнал.
– Эй, ну ты где? – обиженно говорит жена, опускаясь на колени, расстегивает ремень на моих брюках и быстро освобождает пленника из моих боксеров. – Оу, да ты уже готов, даже работать не нужно особо. – Она начинает поглаживать себя между ног и одновременно с этим втягивает в рот мой член. Ощущения нереальные. Катя даже как-то на курсы в Америке ходила. Прикиньте, на курсы мать его, по минету. Толк конечно появился. Скажем так, теперь ее горло не знает преград и заглатывает она охренительно глубоко. Как говорится по самые помидоры.
– Работай, – притягиваю ее за затылок и хватаюсь за волосы.
Жена работает ртом и стонет, второй рукой удовлетворяя себя между ног. Спустя минут десять ее усилий я кончаю на стенки ее горла. Она как примерная и послушная супруга, глотает все и облизывает мой член до кристальной чистоты. Встает и, облокачиваясь о боковину дивана, выставляет напоказ мне свою задницу, призывно ею виляя. Она безотказна в сексе. И это меня устраивает на все сто, но сегодня нет желания. Прохожу мимо нее, шлепая по заднице, и направляюсь в душ.
– Сегодня сама, устал.
Она знает со мной лучше не спорить, поэтому по звукам ее цокающих каблуков по паркету, слышу, как она идет и достает из комода свои игрушки. Да, арсенал у нас имеется немалый. Наручники, пробки, кляп и прочая херь из этого разряда. Просто ну иногда, даже я, не прочь не много сменить обстановку и внести что-то новое в привычный ритм жизни. Катюша, конечно же, не против. Она вообще не против ничего из того, что я предлагаю. И это часто бесит до зубного скрежета. Кроме одного. Детей. Она категорически не хочет их иметь, а я мужик здоровый и хочу иметь наследника всего того, что уже успел и еще заработаю.
Пока скидываю одежду, слышу ее стоны в гостиной. Она думает, что выманит меня хотя бы посмотреть. Но нет, не хочу. Принимаю душ и все время в голове ее взгляд. Мышка. Какого черта все опять всплывает наружу? Думал похоронил чувства к ней глубоко в себе. После того, как несколько лет назад Никитос сказал мне, что она с этим покером живет, и типа брак у них гражданский, я месяц бухал как черт. Даже наркоту пробовал. Ни черта не помогло. Гроша ломанного не стоила ее любовь, если так легко прыгнула к нему в кровать. Я и сам хорош, бросил ее тогда. Но так был нужно и как бы я не убеждал себя, что она не моя и не может ею быть никогда, в груди все в тиски сжималось каждый раз при воспоминании о мышке. Мышка.
Рука до сих пор болит от удара. Но ее эмоции и то, как она пыталась скрыть правду, говорили сами за себя. Не умеет она врать и не умела никогда. Да и там вообще дебилом быть надо, чтоб не понять, что она моя. Глаза, улыбка, ямочки. Моя она. Блядь, у меня есть дочь. Пиздец просто.
Только почему она не сказала? Спрятать пыталась, отца лишить ребенка? Или этот урод выдает себя за отца моей дочери? Сука, по стенке размажу. Обоих. Когда в баре с парнями сидели и Нику Мышка позвонила на экране высветилось ее фото с малой, а телефон по воле случая лежал на столе рядом с моим. Я блядь застыл.
