Ник принял вызов, пару минут потрепался с ней и повесил трубку. По мне понял, что я в ахере, сразу подумал, что она от него уже и родить успела. Но когда взял трубку друга, и он показал фотки племяхи своей, то сложил два и два. Она моя. Только Никитос или дебил или по просьбе сестренки молчал все это время. Решил, что видимо, придётся тут задержаться, купил хату. Потому как все продал, когда уезжал за горизонт. Мать с отцом так и живут в своем доме, но к ним я ни ногой. С того времени как свалил, не общаюсь с ними. Нет надобности. Пусть гниют сами в своей лжи и лицемерии. Через жену мать несколько раз пыталась поговорить, но я и ей запретил с ними держать контакт. Катя естественно ослушаться не могла.
Вышел из душа и, натянув свежие боксеры, пошел в спальню. Катя уже спала, свернувшись, как кошка в клубок. Как ни старался не смог ее полюбить. Думал привыкну или если ребенка родит. Но нет, не выходит. Страну сменил, дом, работу. Думал, если свалим отсюда, легче будет. Типа клин клином. Одну другой заменить хотел. Но хер там. Так и живем, она любит, а я просто позволяю ей это и пользуюсь в какой-то мере. Банальщина.
Только вот после того, что узнал, не уверен, что люблю ее до сих пор. Сука. Дрянь такая. Она поплатится за, что лишила меня моего ребенка.
ГЛАВА 3
Всю неделю я хожу постоянно оглядываясь. Кажется, что Артур выскочит из-под земли и отберет у меня мою малышку. Из-за всех этих переживаний, ну и того, что у Лизоньки лезут очередные зубки, сон мне только снится, точнее не снится вообще. Встав в пять утра, я, что только не делала, но дочь упрямо отказалась спать, а мне сегодня еще в магазин нужно. Цветы заказать и с документами немного разобраться. К девяти приезжает Антонина Петровна – та самая няня, которую когда-то нанял Слава. Иногда я все же прибегаю к ее услугам, тем более она человек с опытом. Она воспитала и подняла самостоятельно на ноги пятерых детей, так как ее муж погиб много лет назад. Возможно, сама не знаю, именно она мысленно давала мне пинка под зад, когда меня накрывало волной безысходности. Эта женщина была совершенно одна с пятью детьми, а я с одной малышкой не могу справиться.
– Доброе утро, – говорю, открывая женщине двери и пропуская ее в дом.
– И вам, Кирочка, доброго утра. – Она снимает мокрое пальто, обувает свои тапочки. – На улице снова дождь, – возмущенно бухтит себе под нос, – так, сейчас я вымою руки и буду готова.
Пока она приводит себя в порядок, иду к дочери и достаю ее из манежа, в котором она крутит гайки, собирая машинку из пластикового конструктора. Да уж, кукол она у меня на дух не переносит. Артур был бы счастлив, наверное. Хотя я так и не поняла, рад он этой новости или же наоборот. Я даже думать не хочу, что он может предпринять, после того, как он был тут, на пороге моего ома, я все жду. Может ему наплевать? Или он просто в очередной раз свалил из страны? Очень хочу так думать. Насколько я слышала, тут у него ничего не осталось, все распродал. Значит, и делать ему тут нечего. Бизнес отца он не взял, занимается чем-то сам, чем я не знаю. Ник как-то обмолвился, что Артур даже с родителями не общается. Хотя странно, он сделал так, как они хотели. Женился на этой перекачанной кобыле. Может она ему уже и детей нарожала? Тогда ему моя дочка будет точно не нужна. Боже, прошу, пусть он отстанет от нас. Пусть возвращается в свою Америку.
– Моя девочка, практически мальчишка. – Наша няня проходит в комнату, и Лиза мгновенно вскакивает и тянет к ней ручки.
– Ня, – говорит дочь, что на ее языке означает, возьми меня на ручки. Антонина Петровна мгновенно расплывается в улыбке и берет мое чудо на ручки.
– Кирочка, ты свободна, – говорит, улыбаясь и обходит меня направляясь на кухню. – Дальше мы сами.
– Она уже кушала, не кормите ее пока. – Достаю куртку из шкафа, зонт и ботинки.
– Прекрати милая, она уверена захочет немного перекусить блинами или кашкой. Да дорогая? – сажает Лизу в стульчик для кормления и открывает холодильник.
– От блинов и я б не отказалась тоже.
– Мы тебе оставим. – Женщина переключается на общение с дочерью, а я целую ее и быстро покидаю дом, пока она не поняла, что я ухожу и не начала плакать.
Быстро добегаю до своей машины и, включив печку, жду пару минут, давая ей прогреться. До работы добираюсь практически за час.
– Доброе утро, – говорит Оля, девушка которая работает у меня продавцом. Ей двадцать лет, учится заочно. Живет недалеко и цветы любит. В общем, меня все устраивает, поэтому она тут.
– Доброе утро, – отвечаю, закрывая зонт.
Машину, увы, прям перед магазином не поставишь, поэтому я немного все же промокла.
– Погода сегодня ужасная, – говорит девушка, – может вам чай заварить, с лимоном или медом? Так и простыть не долго.
