— Вот это толкотня и гвалт! Все кричали одновременно: кто рекламировал товар, кто предлагал, кто описывал свое добро, просто ужас! Наша повозка остановилась и все мы стали, выбираться наружу. Договорившись: кто, куда и с кем идет, разошлись по базару. Игорь, ушел один куда-то в глубь базара, где стоял домашний скот и кони на продажу, за ним пошел один из сопровождающих нас мужчин. Боянка, тетка и матушка со мной на руках, договорились пройти по рядам с травами, а затем пойти к тканям и украшениям, с нами пошли двое мужчин сопровождения и Епифан. А батька со своим сопровождающим отправились в кузнечный ряд, где продавали: всякие инструменты, упряжь, гвозди и прочую хозяйственную утварь. Идя по базару, я удивлялась разнообразию, прямо как будто вновь, стала прежней собой, старушкой, вечно торгующейся на рынке за картошку и помидоры…Товары были всякие, как говорится, на любой вкус и цвет. И молочные продукты, и крупы, а вон там мужчина торгует: сушеными грибами и ягодами, да и медом еще. Меня охватил азарт, захотелось всего и побольше и можно все подряд. Проходя по рядам, заметила интерес продавцов к нашей группе: богато одетые женщины с детьми в сопровождении воинов, наверняка производили платежеспособное впечатление и были желанными покупателями, правда до того момента, как какому-нибудь продавцу не попадалось мое покрытое болячками личико. Они сразу менялись в лицах и отводили взгляд, мне кажется, если б могли собрали вещички и сбежали, лишь бы матушка со мной в руках, не приближалась. Меня это даже стало забавлять, и я по возможности неожиданно оборачивалась к ним, чтоб они не сразу замечали моей физиономии. Вот такая вредная, маленькая старушка.
Преодолев несколько рядов с продуктами, мы оказались в той части базара, где бабки, женщины и девушки торговали: травами, настойками и кореньями каких-то растений. Подойдя к одной представительного вида старушке, матушка поинтересовалась:
— Цветки череды есть?
— Есть, а как же не быть? Все хорошие, в ту весну собранные… — начала расхваливать свой товар боевая бабулька, залезая в суму и разыскивая там пучок череды. Найдя, она показала его матушке, та, оценив предложенный пучок, осталась довольна, отдала ей кривоватую по краям монетку, поблагодарила и мы пошли в ряды тканей.
И вот тут среди этой красоты и разнообразия: тканей, лент и нитей, мы потеряли Боянку. Она, увидев все это богатство, ломанулась в гущу людей, что мы ничего и сделать не успели. Поплутав вместе пару минут, среди лотков, было принято решение, разделиться и искать ее по отдельности. С нами с матушкой, по левой стороне рядов, пошел один воин, а с теткой Варварой по правой стороне, Епифан и другой воин. Проверив свою половину рядов и не обнаружив пропажу в лице сестрицы, мы отлравились на помощь к тетке, пройдя метров двадцать, на окраине площади у стоящих здесь изб мы заметили: тетку, Боянку, Епифана и воина, что их сопровождали и быстро устремились к ним. Достигнув наших попутчиков, матушка облегченно выдохнула и принялась ругать девочку:
— Бояна, как же можно так убегать? Не дай Боги с тобой, что случилось бы… Дуреха….
В этот момент из ближайшей к нам избы, вывалился спиной вперед, мальчишка лет двенадцати в грязной, изорванной одежде, он упал на землю и даже не пытался подняться, а за ним, погоняя его палкой вышел здоровый, жирный мужик, в дорогой рубахе, синих штанах, сапогах по колено и рыжей торчащей во все стороны бородой.
— Поганец, вот я тебя сейчас отхожу дубиной, чтоб не повадно было… — орал мужик, потрясая палкой, увидев, что у этой сцены есть зрители, мужик быстро ретировался и оставил свою затею, избить парня. Мальчик был очень худым, волосы свалялись в колтун, одежда была явно, не с его плеча. Он сидел на земле и утирая слезы тихо плакал. — Господи, ну как можно такое допустить, ведь у него же где-то должны быть родные. Тетка Варвара остановилась и рассматривала эту безобразную сцену, позади нее стоял Епифан и двое охранников, что нас сопровождали. Рассматривая мальчика и раздумывая над чем-то мне не ведомым, она кивнув головой в его сторону, не к кому не обращаясь велела:
— Подкять!
В этот момент, я жутко испугалась, я конечно верю матушке, что тетка добрая, но последние дни ее поведение не разу не помогло в этом убедиться и с таким безжизненным лицом, парнишку вряд ли, ждет что-то хорошее от женщины. Один из охранников подошел и поднял его за локоть с земли, подведя к тетушке. Она оглядела его и спросила:
— Воровал?
— Да больно надо! — зло воскликнул мальчик, — Краюху хлеба попросил, а он меня облаял и выпнул скотина.
— Побирался значит… Родные где? — спросила все так же без эмоционально тетка. Мальчик зло поджал губы и молча отвернулся. Тетка кивнув своим мыслям, спросила:
— Ежели к себе во служение возьму, пойдешь?
Мальчик недоверчиво, зло и нагло смотрел на тетку. Подумав какое-то время, спросил в ответ:
— Смотря чем служить надобно… Непотребство всякое делать, не стану. Мало ли чего захочешь… — цинично усмехаясь, проговорил этот, уже давно не ребенок.
