– Нет, ну зачем так – инстинкт… Нормальное желание: любить, рожать, заботиться… А тут одна дама на работе как-то заявляет: «Я – убежденная чайлд-фри!» Как картошка – фри, и все тут. «Я еще мир не повидала, я еще жизни не порадовалась… Мы с мужем не спешим детьми обвешиваться». А я в скобках замечу: муж у нее второй. И есть кое-какие признаки, что не последний…
– Ну, вот все и понятно… Фри! – Лиля вложила в это слово столько сарказма, что оно прозвучало как фырканье. – Потому и фри, что она еще и с мужем-то не определилась…
Все это время Рита лежала с отсутствующим видом, с преувеличенным вниманием читая свою книжку. Лиза, осторожно посмотрев в ее сторону, вставила свои «пять копеек»:
– Не все решает женщина… Может, ее мужья ставили перед ней условие: или дети – или…
Лиля перебила ее:
– Ну, и нафига такой муж? Это не муж, а любовник. И не важно, стоит в паспорте штамп или нет: это – любовник! Мужик, если хочет, то женится! И все: а раз семья – значит, и дети.
Лиза, снова глянув на Риту, примирительно произнесла:
– Ну, ведь по-разному бывает. Мало что ли случаев, когда детей нет, а семья есть?… Некоторые просто не могут иметь детей, вот и прячутся за всякие «чайлд-фри». Сами себе придумывают отговорку. Да и штамп в паспорте… Есть много примеров, когда люди и без штампа прекрасно обходятся. Я таких знаю.
Рита перестала делать вид, что читает, отложила книжку и села, скрестив руки и глядя, с подчеркнутым равнодушием, в потолок.
Но Лиля, кажется, в упор не замечала, что одной из присутствующих этот разговор неприятен, и гнула свою линию:
– Ну, Лиза, что ты такое говоришь? Ты же замужем. Что это за фокусы с гражданскими браками? Почему нужно жить без штампа? Без всяких обязательств? Вот что скажу: да не хочет он жениться, и все! Мужики, вообще, делают только то, что хотят! А не хотят – и не делают. И не женятся. А женщинам свобода не нужна, все хотят замуж, все хотят уверенности – хоть в чем-то! Хоть в том, что он ее с детьми из дома не попросит. Законная жена – есть законная жена! «Закон» – вот однокоренное слово. И закон на ее стороне.
Рита резко повернулась к мамочке-докладчице:
– Штамп тоже еще никого не удержал. И от штампа уходят – с песнями. И от законной жены, и от троих детей.
Лиля не планировала лезть в драку:
– Да разве я об этом. Конечно, уходят, гады. Я о другом: если с самого начала говорит тебе мужик про гражданский брак, про свободный союз и прочую хрень, понимай одно – он тупо не хочет на тебе жениться! Все!
Рита не сдавалась:
– А более сложные варианты вам в голову не приходили? Может, не у всех жизнь такая прямолинейная, как рельсы?
Лиля осталась при своем мнении, отмахнувшись от Риты:
– Все одно! Я хорошую поговорку в тему слышала: «Есть тысяча причин, чтобы что-то не делать, если не хочешь, и есть тысяча возможностей, чтобы сделать то, что хочешь». Весь вопрос-то в том, что хочет или нет. Вот так!
Лиза тоже слышала это изречение, она кивнула и процитировала:
– «Желание – это тысяча возможностей, нежелание – это тысяча причин».
Рита посмотрела на Лизу почти с сочувствием: ну не тебе бы тут отстаивать прописные истины… Не тебе, Лиза.
–
–
–
