– Ну да, все сам да сам… Однако, вот тут позвал друга помогать. А где надо… Бобровский говорил, что можно подобрать донора даже по внешним признакам, с группой крови той же самой…
Вера уже слышала похожую историю. Она отмахнулась от Наташиных советов рукой, но как-то сразу сникла:
– Ой, Наташа. Не сыпь мне соль на рану. На донорство он никогда не согласится.
– Вера, прости! Вырвалось как-то… Не мое дело. Все-все, забыли, забыли…
Вера посмотрела на Наташу и поняла: в самом деле, обидеть не хотела – ни ее, ни Сережу…
– Да ладно… Я же от тебя не скрываю своих проблем. Чего обижаться. Но знаешь, это и мое решение. Я хочу ребенка, который не просто внешне будет похож на моего мужа. Пусть он весь будет – в него: вот такой же – упрямый… добрый… сильный… смешной…
Наташа подошла ближе и обняла Веру за плечи. Сказала шепотом:
– Вер, это ты сейчас все про мальчика говоришь. А если девочка – то ей из этого списка только доброта подойдет.
В ответ Вера рассмеялась:
– Ну, почему? Я вот, например, сильная. И упрямая. А кто-то, наверное, скажет, что смешная…
Депрессивная Галя сидела на кровати, сложив руки на груди, как медитирующий йог: слушала плеер Бобровского в наушниках…
А Катя делилась с соседкой своими семейными проблемами:.
– Мама умерла, когда мне было четырнадцать… Но мы справились… Пережили как-то… Папа у меня очень хороший. И жили мы прекрасно! Вот, пока это все… Я на втором курсе вышла замуж, Артем к нам переехал, у нас большой дом за городом. Ну, кажется: папа, живи и радуйся! Была у тебя одна дочка, а теперь вот, целая семья! Внучек родится… Но нет! Женился зачем-то!..
Соседка пыталась склонить Катю на сторону справедливости:
– Катя, но отец-то нестарый. И что… все эти семь лет он один куковал?…
– Может, и не один. Но с кем он куковал, я не знаю! В дом, по крайней мере, не приводил никого. Ладно, женись!.. Ну, хоть на ровеснице. Зачем было на молодой-то жениться?
– Молодая ему ребенка вот родит, затем и женился! – заметила резонно соседка.
– Зачем?!. – возмущенно произнесла Катя. – Я – его ребенок! Он мне был и мама, и папа, что ему – мало было забот и беспокойства? Наелся – выше крыши! Не пеленки, конечно, стирал, но… А теперь пришло время быть дедом!
На «деда» ее бравый папа никак не катил, это было совершенно очевидно, но Катя прогнала и тень сомнения со своего хорошенького личика. Вспомнила Нинку и ее просто передернуло:
– А эта – сразу рожать! Да она его и не спрашивала, я уверена!..
Голос подала другая мамочка, невольно слушающая уже которую серию Катиных рассказов:
– А что она, мачеха твоя, совсем, что ли, змея? Охотница, да? Или – хищница?
Катя на мгновение замолкла. Крепко задумалась. Потом сказала без особого запала:
– Нет, не охотница. Так – ни рыба, ни мясо. Но своего не упустит.
Собеседница, та, что лежала подальше, примирительно спросила:
– А если оно и правда – свое?
–
–
