– Катя, уйми собаку. Жужуня, ну-ка, тихо! – прикрикнула женщина на собачку. Та, в общем, не реагировала, поэтому Катина мама продолжила, перекрывая звучным грудным голосом Жужин визг. – А у нас новости: Галя звонила, приглашают нас на серебряную свадьбу, в Озерки, в следующую субботу.
Катя, не спуская с рук Жужу, норовящую слизать макияж с ее глаз, спросила:
– Ух ты, это что, двадцать пять лет совместной жизни? – бросила озорной взгляд на мужа. – Кирилл, прикинь: четверть века кто-то рядом… день и ночь… Мелькает – туда-сюда, туда-сюда…
Кирилл пожал плечами:
– Ну, мы с тобой за семь лет не примелькались же еще, пока… Тут главное: траекторию мелькания правильную выбрать. Я думаю, вот так надо, – Кирилл красиво показал жестами двух рук одновременно, как он это видит, – то туда, то сюда… То туда, то сюда…
Катя шутливо хлопнула мужа по руке, отпустила Жужу на волю:
– Что-то меня эта перспектива не радует. В плане хаотического броуновского движения. Куда – туда? Куда – сюда?
Кирилл примирительно обнял ее:
– Да я шучу, солнце мое.
Катина мама снова привлекла внимание к себе:
– Ну, так что, едем к Буслам, ребята?
Катя освободилась из Кирилловых объятий и, взяв сумочку с тумбочки в прихожей, сказала:
– Конечно, едем. Я – за! Поздравим родственников. И Жужа по травке побегает, мух половит, воздухом подышит… Я хоть от диссертации своей отвлекусь ненадолго, – и с этими словами достала из сумки несколько плотно заполненных файлов с выведенными главами ее научного труда.
Кирилл заметил, что Катя достала листы своей диссертации, украдкой вздохнул и добавил:
– Жужа кур погоняет, а я пешком по земле похожу, даже, может, босиком. Конечно, съездим! Поучимся. В смысле, обменяемся опытом семейной жизни… Покушаем натурпродукта… Мы с Николаевичем «Хенесси» деревенского тяпнем… От души… – Кирилл мечтательно завел было глаза, но потом вернулся к действительности. – Давненько я в деревне не бывал… Хорошо там весной, должно быть…
Жужа, как будто поняв, что предстоит интересное путешествие, прибежала из недр квартиры, подняв смышленую мордашку, по очереди оглядела членов своей семьи и радостно залаяла, ожерелье затряслось на ее тщедушном тельце…
* * *В коридоре, ведущем на боковую лестницу, у открытого окна, выходящего в больничный двор, стоял долговязый симпатичный молодой человек в белом халате и курил. Мимо деловито простучала каблучками Наталья Сергеевна, быстро перелистывающая какой-то исписанный от руки канцелярский журнал.
Интерн Саша Сосновский (а это был он) поздоровался:
– Здравствуйте!
Наташа, бросив на парня незаинтересованный взгляд, машинально ответила:
– Добрый день! – в тот же миг у нее зазвонил мобильник и она ответила в трубку: – Нет, Лариса Петровна, Бобровский и Вера Михайловна на операции, поэтому не отвечают. Я сейчас подойду. Поняла.
