К союзникам у меня отношение двоякое. Достаточно сказать, что до 1944-го года бойцы называли «вторым фронтом» американскую тушенку… Да, часть немецких и итальянских сил были отвлечены на Африку еще в 1941-м, где англичан до поры громил талантливый немецкий генерал Роммель. Кстати, по слухам, только со стороны подчиненных Роммеля не зафиксировано военных преступлений… Но когда немцам крепко врезали под Сталинградом, танки в песочном камуфляже воевали уже в танковой группе Гота, прорывающейся к блокированному Паулюсу, Роммель не получил подкреплений. Так что, в сущности, это мы оказали британцам, защищающим стратегически важный для них Суэцкий канал, неоценимую помощь, а вовсе не наоборот…
Да, в 1943-м союзники также высадились в Италии, заставив макаронников выйти из войны. Было? Было. Но наступление в Италии вскоре тормознуло, немцы без особого труда удержали новый для себя фронт южнее Рима – благо его протяженность была не шибко велика. И в целом итальянские события никоим образом не сказались на нашем Восточном фронте. Ибо все те же итальянские дивизии, сосредоточенные на флангах Паулюса, были вдрызг разбиты РККА еще до падения режима Муссолини. А тяжелейшая Курская битва, где РККА похоронила последнюю попытку масштабного наступления вермахта, развернулась до того, как немцы были вынуждены ввести силы в Италию…
И там же, в 1943-м – тяжелейшее форсирование Днепра, битва за Киев… Нет, масштабы военного участия совершенно несопоставимы.
В 1944-м стало окончательно ясно, что Германия терпит тяжелейшее поражение на Восточном фронте и уже неспособна переломить ход боевых действий, как, например, зимой 1942-го, когда выдохлось советское контрнаступление под Москвой. Или весной 1943-го, когда Манштейн сумел нанести сильный контрудар под Харьковом… Причем Гитлер был вынужден держать на Восточном фронте вдвое больше своих дивизий, чем во Франции и Италии вместе взятых! 26 – в Италии, 59 – во Франции, Бельгии и Нидерландах против 157 дивизий, действующих на территории Союза!
Кроме того, стоит вспомнить и о составе этих дивизий. К 1944-му нацисты перевели на запад не менее полумиллиона коллаборационистов из числа власовцев, белоэмигрантов, карателей из полицейских батальонов, довольно успешно действующих против партизан… А заодно поддавшихся немецкой пропаганде казаков и прочих национальных частей из кавказцев, крымских татар и иже с ними.
Немцы называли весь этот сброд – «хиви» и зачастую вязали их кровью еще при вербовке. Так, бывшие узники концлагерей принимали участие в казнях заложников, нередко даже своих бывших товарищей по заключению. И это работало: решившиеся спасти свою жизнь во что бы то ни стало, повязанные кровью предатели не видели для себя иного пути, кроме как верно служить немцам… Они упорно сражались с партизанами в составе подразделений полицаев и карательных батальонов, неплохо проявили себя на фронте. Ведь коллаборационисты не видели для себя спасения в плену, да и в плен их зачастую не брали. Так что дрались стойко – порой более стойко, чем кадровые части вермахта!
Но Гитлер допустил крупный просчет, переведя «хиви» на запад. Конечно, на него крайне мрачное впечатление произвел переход к партизанам 1-й русской национальной бригады СС «Дружина» в августе 1943-го… Крупный успех советской контрпропаганды и вербовки сотрудниками НКВД ее командира, Владимира Гиля. «Дружинники» неплохо повоевали с нацистами, но были уничтожены в ходе «Весеннего праздника» – полноценной войсковой операции фашистов.
Однако мне известен лишь единственный случай крупного перехода советских коллаборационистов на сторону РККА и партизан, а отряд Гиля составил менее одного процента от общего числа «хиви»… В то же время на западе не было широкого партизанского движения, в коем власовцы и иже с ними могли отличиться. Зато там были французы, относившиеся к русским – пусть даже и предателям – вполне радушно, куда лучше, чем к завоевателям-немцам! Видимо, не забыли жертву армии Самсонова в 1914-м, спасшую Париж, не забыли и воинов русского экспедиционного корпуса во Франции… Там, кстати, в Империалистическую воевал и маршал Малиновский!
С «хиви» дружили, их приглашали в гости, кормили сытными французскими яствами, с ними заигрывали молодые женщины… А заодно вели аккуратную пропаганду члены французского Сопротивления. Впрочем, это было необязательно – особо не рассчитывая на снисхождение строгой к предателям советской власти, коллаборационисты с охоткой сдавались союзникам, не видя для себя причин умирать за Гитлера!
