Декстера подмывало высказать подозрение, что вновь укрепившееся государство станет использовать принцип верховенства закона, чтобы положить конец их привычному образу жизни. Таммани[31] уже не существует, а ведь никто и мысли не допускал, что такое возможно. Но мистер К. не любит тревог и волнений. Декстер нутром чуял, что в мозгу у него уже зреет идея.
– Лаки заключил сделку, – сказал мистер К., имея в виду Лучано. – Помог Дяде Сэму наглухо… закрыть подходы к порту.
– За это его, небось, выпустят из тюрьмы.
– Они к нему сами пришли.
– А мы сами пойдем к ним.
– И предложим… что?
Надо было решаться. Декстер набрал в легкие побольше воздуха и, перегнувшись через стол, сказал:
– Мы купим со скидкой облигации военного займа и продадим их через наши точки за большие деньги. Вложим в операцию всю ликвидность. Продадим все лишнее, ненужное, и деньги тоже вложим. Нашим бизнесом станут военные облигации.
– Выходит, мы… банк.
– В какой-то мере да. Временно. Война закончится, а у нас денежки чистые. Куда захотим, туда и вложим.
Автоклав зашипел, из крошечного – не больше булавочной головки – отверстия в крышке выбилась струйка пара. Мистер К. на неверных ногах доковылял до автоклава и плюхнул на крышку груз, чтобы закрыть пару выход и удержать крышку на месте. Цифры на датчике автоклава резко подскочили. Бархатистые карие глаза мистера К. вновь пристально смотрели на Декстера, и он понял: пора выложить козырь.
– Если вы работаете на Дядю Сэма, босс, налоговики вас тронуть не смеют. Думаю, не посмеют и впредь.
Декстер почувствовал, что плотно закрытый автоклав позади его затылка заходил ходуном.
– Сколько ему еще стоять на огне? – ровным голосом спросил он.
– Сколько нужно… чтобы убить споры ботулизма, – ответил мистер К. – Прокипятить – мало. Содержимое банки должно… выдержать определенное давление.
Он по-прежнему стоял у плиты, придерживая автоклав расшитой цветами ухваткой – изделие его покойной жены.
– Да ты… патриот, – сказал он, ласково глядя на Декстера.
– Но это же правильный шаг, – сказал Декстер. – А мы не так уж часто можем этим похвастаться.
– Наши интересы и… Дяди Сэма… совпадают.
Декстер удивился: послушать мистера К., все проще простого. Может, он сам это еще раньше обдумывал, и примерно в том же плане? Автоклав, точно пойманная белка, заскакал по чугунной плите, грозя вырваться из-под дрожащих рук мистера К. Как бы котел не выплеснул ненароком кипящее содержимое мне на голову, подумал Декстер и встал из-за стола.
– Мы все хотим победить, – сквозь громыханье разгулявшегося автоклава проронил мистер К.
Декстер невольно улыбнулся. Мистер К. тоже осклабился. Что-то в его улыбке не так, чего-то не хватает… Первое, что приходит в голову, – зубов; но зубы у него есть, только мелкие-премелкие. В результате перед собеседником возникает темная асимметричная пустота, напоминающая глубокую рану. Улыбка сползла с лица Декстера.
– А ты… говорил об этом… с Дядей Сэмом? – спросил мистер К.
– Конечно, нет! – воскликнул Декстер. Он был рад, что за верезгом автоклава его удивленная мина не слишком бросалась в глаза. Неужели мистер К. решил, что Декстер настолько глуп – а может, вероломен или безумен, – чтобы пуститься в разговоры с федеральными чиновниками без его благословения?!
Мистер К. загасил огонь, и на смену дикому громыханью в кухне воцарилась тишина, такая глубокая, что хотелось хлопнуть себя по ушам.
– Одна беда, – пропыхтел мистер К. – Проложишь новый канал… вот, он уже существует. А что по нему… проходит или… в каком направлении… проследить трудно.
Декстер не отозвался. Куда, черт побери, он клонит?
– Похоже, это… ты проморгал.
Керриган. Когда-то мистер К. заверил Декстера, что его промашку ему простили, ан – вот и снова намек на нее. Стало быть, не простили.
Но вот уже мистер К. ласково тискает щеки Декстера загрубелыми, налитыми кровью ладонями.
– У нас много планов на будущее, – произнес он. – Много, очень много планов.
Декстер замер. Мистер К. просто так словами не бросается; повтор слов – это сигнал, что теперь действует закон противоположностей. Дважды повторенная фраза “много планов” означает: планов много, но этот не из их числа.
– Много планов, – опять повторил мистер К., растягивая слова и с нежностью глядя Декстеру в глаза.
Никаких планов.
Встречи с мистером К. всегда проходят в духе ненавязчивой деловитости; не прошло и минуты, как Декстер уже стоял на крыльце. Босс обнял его так же горячо, как при встрече, с ничуть не меньшей любовью, а может, даже с большей. Он благоволит к Декстеру, обожает его. Декстер это знает.
– Ох! Выскочило из… головы, – спохватился мистер К., хлопая себя ладонью по лбу. – Сколько… зрелых помидоров ты… ел на этой неделе?
– Они все безвкусные, – машинально ответил Декстер, пытаясь осмыслить все то, что произошло в кухоньке.
