Рядом со входом в гостиную Когтеврана, Северус создал ледяного величественного орла. Он сидел на перилах лестницы напротив входа, временами поднимаясь и кружа в воздухе.
Спустившись в подземелья к гостиной Слизерина, Сириус наколдовал внушительных размеров ледяную анаконду, которая сворачивалась кольцами и грозно шипела. Ползая по коридору вблизи гостиной, она оставляла широкий влажный след, который тут же покрывался ледяной коркой. Немного подумав, Сириус решил не накладывать на этот след противоскользящие чары, понадеявшись, что хотя бы один слизеринец сломает себе ногу, руку или шею. И понадеявшись, что это будет не Бланк.
Возле входа в родную гостиную Гриффиндора, Джеймс создал ледяного льва, который ходил взад-вперед перед портретом Полной Дамы, изредка издавая громоподобный рык.
В каждой факультетской гостиной, над камином, они разместили ряд новогодних носков для подарков, наполнив их леденцами и шоколадными конфетами. Без сюрприза не обошлось. В каждый носок они добавили несколько заколдованных конфет. Так, в носках Когтеврана были конфеты, съев которые человек обрастал перьями и издавал птичьи крики. У пуффендуйцев были конфеты с эффектом черно-белой шерсти и барсучьего фырканья, а у слизеринцев со змеиной чешуей и шипением. Любимые гриффиндорцы должны были обзавестись львиной гривой и грозно рычать. Эффект держался всего час, но был великолепен.
Путь от каждой гостиной и до Большого зала был также украшен. Стены покрывал иней, расписанный чудаковатым узором, а в воздухе кружили массивные снежинки, которые от прикосновения множились.
Все учебные коридоры они украсили остролистом, плющом и омелой. Вообще, никто из Мародеров не хотел использовать омелу, поскольку именно они становились самой частой жертвой, которых отлавливали под ней девушки. Но справедливо заметили, что лишать других шанса пообжиматься будет не правильно. На каждую дверь в учебный класс они повесили венок из ели, украшенный шишками, колокольчиками и золотистыми лентами.
С чистой совестью и совершенно без сил они завалились в свою спальню.
— Если Дамблдор не даст нам завтра кубок школы за потрясающее колдовство, — пробормотал Джеймс, — то я крайне разочаруюсь.
— Не тешь себя ложными надеждами, Джеймс, — ответил Северус из противоположного конца комнаты, — дай Мерлин, нас не накажут за то, что мы по школе шатались ночью.
Джеймс что-то тихо проворчал. Сил возмущаться уже ни у кого не осталось.
***
Уже спустя пару часов их всех будил Ремус:
— Давайте же, поднимайтесь. Неужели вы не хотите посмотреть, как все отреагируют на наши ночные старания.
— Я скажу тебе, Рем, все будут в неописуемом восторге, — ответил Джеймс из-под одеяла.
— К тому же, у нас сейчас контрольная у Минни, — привел еще один аргумент Ремус.
— Да чтоб я сдох, — простонал Сириус.
— Это ты у МакГонагалл мигом, если опоздаешь, — недовольно отозвался Северус, с трудом поднимаясь с кровати.
— И вам даже не интересно посмотреть на эффект от конфет? — Ремус использовал еще одну попытку, попав в самую точку.
Со стонами и ворчаниями Джеймс и Сириус тоже начали вставать.
Кое-как одевшись и умывшись, они вышли из спальни. Когда они спускались по лестнице, до них донеслось рычание и перепуганные возгласы. Ремус, как староста, забеспокоился и поторопился вниз. Остальные заторопились из любопытства.
В гостиной было много народу для столь раннего часа. Все столпились возле камина и жевали конфеты. Пара человек уже успели обзавестись гривой, над которыми хлопотала Эванс, пытаясь избавить их от нее. Один первокурсник стоял со слезами на глазах и вместо всхлипываний издавал порыкивание, каждый раз пугаясь и все сильнее захлебываясь в слезах.
— Эффект сам пройдет через час, — крикнул ей Джеймс через всю гостиную. Все головы сразу повернулись на Мародеров. — Доброе утро, народ!
Лили осуждающе посмотрела на них и уперла руки в бока, собираясь отчитать.
— Это ваших рук дело?!
— Лили, они абсолютно безопасные, — Ремус примирительно улыбнувшись.
— Правда? — с сомнением спросила она.
— Правда, — кивнул Северус.
Лили тут же поубавила пыл, кому-кому, а Ремусу и Северусу она всегда доверяла.
— Эй, парень, ты что расстраиваешься? — Джеймс присел перед первокурсником с львиной гривой, — ты же настоящий лев! Талисман нашего благородного факультета! Ну-ка покажи всем, как рычит настоящий, грозный лев.
Первокурсник сморгнул стоящие в глазах слезы и испуганно взглянул на толпу, стоящую вокруг.
— Давай, давай, — поторопил его Джеймс.
Парень, вначале неуверенно, но потом все громче зарычал. В гостиной послышались одобрительные и восхищенные возгласы. Он скованно улыбнулся и зарычал с удвоенной силой, махнув при этом своей гривой. Студенты пришли в восторг и кинулись к носкам с конфетами, в надежде получить такой же эффект.
— Джеймс, они точно безопасные? — уточнила Лили.
— Точно-точно, Цветочек, — ответил ей Сириус, — мы на себе испытывали.
Лили уже раскрыла рот, чтобы осудить их за такое разгильдяйство, но Джеймс заткнул ее поцелуем, притянув к себе и сжав в объятиях.
