Но до бала оставались ровно сутки и единственный вариант — купить что-то в Хогсмиде. Сириус слышал от девушек, что там есть магазин одежды, но сам ни разу в нем не бывал. Он решил сходить туда сразу после ужина.
— И еще, Сириус, — Алиса перегнулась через стол, и, понизив голос до шепота, произнесла: — Не говори Софии, что это я тебе сказала. Она меня убьет иначе.
Сириус понимающе усмехнулся и кивнул.
— Не думаю, что это хорошая идея, — строго сказала Лили, посмотрев вначале на Алису, потом на Сириуса. — София явно не обрадуется, если узнает, что ты ей купил платье.
— О да, Эванс, она будет в бешенстве, — довольно произнес Сириус. Он уже так и слышал, как Бланк кричит о подачках с его стороны.
— И чему ты радуешься? — она с непониманием уставилась на его самодовольное лицо.
— Лучше не спрашивай, — посоветовал Джеймс, — если не хочешь знать подробности их личной жизни, когда кто-то из них в бешенстве.
Стоун скорчила страдальческое лицо, подхватила свою тарелку и отсела к Марлин и Мэри, сидящих неподалеку. Девочки потому с ними никогда и не сидели, жалуясь, что их похабные разговоры портят им аппетит.
Поужинав, Сириус заскочил в спальню, чтобы оставить школьные вещи и взять мешочек с деньгами, и через проход под одноглазой ведьмой отправился в Хогсмид.
Выйдя из «Сладкого королевства», Сириус огляделся. Нужный магазин находился на противоположной стороне улицы. Он был выкрашен в розово-фиолетовые цвета, а над дверью висела позолоченная табличка «Шапка-невидимка». Сквозь витражные окна виднелось множество вешалок с мантиями, платьями и костюмами.
Сириус отворил дверь и вошел. Над входом тут же раздался звон колокольчика, извещающий о покупателе. И к нему буквально выпорхнула стройная юная волшебница в нежно-розовой мантии.
— Здравствуйте! Рады вас видеть в «Шапке-невидимке»! — радостно пропела она с дежурной улыбкой на лице. — Чем вам помочь?
— Мне нужно платье для бала, — ответил Сириус. — Для…девушки.
— Ах! Покупаете наряд для своей девушки? Очаровательно!
У Сириуса на секунду сердце остановилось. Он еще ни от кого не слышал, чтобы Бланк называли его девушкой, ему показалось это странным и не совсем правильным. Хотя он и считал ее «своей», но это было нечто личное, доступное только им двоим.
— Прошу за мной, — волшебница повела его в другой зал. — Тут у нас размещена последняя коллекция!
Она стала выбирать различные платья, доставая их из ряда и оставляя висеть в воздухе. Там были и бархатные платья благородных оттенков, и легкие шелковые наряды светлых тонов. С пышными юбками и обтягивающими. Длиной мини, миди и макси. С треугольными и круглыми вырезами. Кружева, вуаль, гипюр, велюр, органза, крепдешин. У Сириуса пестрило в глазах, и начинала подниматься паника. Волшебница совершенно не помогала ему, а лишь без конца заваливала его вопросами: какой у Бланк размер, рост, цветотип и предпочтения.
— Ну, она, примерно, такого роста, — Сириус показал рукой чуть выше своего подбородка.
— Превосходно! — волшебница, кажется, была счастлива выполнять свою работу. Она взмахнула палочкой и часть нарядов исчезли обратно на вешалках. — Ее размер?
— Она… — Сириус бледнея и чувствуя себя крайне глупо, попытался руками описать ее стройную фигуру, подчеркивая все изгибы, -… как-то так.
— Отлично! — она махнула еще раз палочкой и еще одна часть платьев исчезла из виду.
— Ее цветотип?
— Что это? — после долгой паузы спросил Сириус с явным замешательством на лице.
— Цвет ее кожи, волос, глаз…
— У нее белая кожа, блондинистые золотистые волосы и зеленые, нет, карие глаза… светлые, в общем.
…черт, какие у нее глаза?
Глаза у Бланк были его любимой чертой в ней. Но цвет их он так никогда и не мог понять. В моменты ее злости, они начинали гореть желтым огнем, выделяя множество крапинок. Эти же крапинки превращались в звезды, когда ей было хорошо. Когда она была спокойна и расслаблена, они скорее напоминали ореховый оттенок. Он уже научился все эмоции считывать по одним лишь ее глазам, но так и не мог с уверенностью сказать их цвет.
— Должно быть, красавица! — восхитилась волшебница и убрала еще одну часть платьев.
— Это так, — подтвердил Сириус, улыбнувшись.
— Какие цвета она предпочитает носить?
Сириус задумался. Безусловно, Бланк предпочитала черный, но он не хотел видеть ее в черном платье, как бы этот цвет ей ни шел. Но помимо черного в ее гардеробе были все цвета радуги безумных и кричащих оттенков. От ядерно-желтой куртки, до малиновых штанов и изумрудной рубашки. Создавалось впечатление, что ее гардероб подбирали два совершенно разных человека.
— Что-нибудь светлых тонов.
— Итак, посмотрим, что у нас осталось.
