— Я хочу быть причастен к этому, — отрезал он, разворачиваясь на нее. — Ты сама сказала, грядет нечто страшное. Но я считаю, грядет нечто великое. Большие изменения, которые, наконец-то, предоставят нам те права и власть, которую мы заслуживаем. Изменения, которые наведут порядок в стране. И я хочу быть частью этого, понимаешь, Нарцисса?
Она смотрела на него во все глаза, плотно сжав губы.
— Я знаю, что я могу принести пользу, — добавил он.
Нарцисса уже вновь хотела что-то сказать, но в камине вспыхнуло зеленое пламя, из которого уверенной и резкой походкой вышла Беллатриса.
— Ох, Цисси, — она прищурила свои черные глаза, плотоядно посмотрев на сестру, — ты знаешь, что нельзя читать чужую почту?
Нарцисса отвернулась от нее и закатила глаза, пока сестра не видит.
— Малыш-Регулус, — Беллатриса посмотрела на кузена, которого всего передернуло от ее обращения. Она прекрасно знала, что он не любит подобное обращение, поэтому только им и пользовалась, — я рада, что ты мне написал.
Беллатриса скривила губы в ядовитой ухмылке, маниакальным взглядом оглядев Регулуса с головы до ног. Она двинулась ему навстречу с хищной грацией, словно опасный зверь.
— Эта твоя француженка просто дура, — сказала она с необъяснимым восторгом в голосе, — добровольно отказаться от такого трофея.
Регулус с трудом удержался, чтобы не наслать на нее какое-нибудь проклятье. Беллатриса ни за что не упустит случая позлорадствовать и опустить не только Софию, но и его самого.
— Я позвал тебя не сплетничать, Беллатриса, а обсудить кое-что важное…
— О, успеем, малыш-Регулус, — прошипела Беллатриса, медленно подходя к нему все ближе, и не спуская с него горящего взгляда. — Хочешь… хочешь я найду ее и запытаю до смерти?
У Регулуса по спине пробежали мурашки, сковав ужасом. Он знал, Беллатриса говорит вполне серьезно. Беллатриса обладала выдающимися магическими способностями, и при полном отсутствии совести, это делало ее очень опасной. А блэковская кровь, склонность к садизму и беспощадность, делали ее по-настоящему безумной.
— Никто не имеет права позорить наследника рода, — ядовито шипела она, кривя губы в усмешке, и глядя на него с ненормальным весельем в глазах, — девчонку нужно проучить.
— Не надо, Беллатриса, — ледяным тоном произнес Регулус, развернувшись к ней всем телом и в упор посмотрев ей в глаза. Раньше он всегда боялся ее, когда еще не мог сдать ей сдачи. Сейчас же их силы были практически равны. Но ее угрозы в сторону Софии вселяли в него страх. Он слишком хорошо знал свою кузину, чтобы думать, что это пустые угрозы. — Только вздумай тронуть ее, Беллатриса, и ты пожалеешь.
Беллатриса, на миг округлив глаза, расхохоталась. Громко и пронзительно.
— Малыш-Регулус, — сказала она приторным голосом, — неужто ты влюбился в эту француженку? — она схватилась за его руку, состроив жалобный взгляд, сквозь который все равно веяло безумием, — прошу, малыш-Регулус, можно мне с ней поиграть? Обещаю, убивать не буду! — прошептала она. — Только помучаю немножко.
Регулуса парализовывал ее шепот, пробирающий до самых костей. Любовь кузины к жестокости и пыткам была всем известна. На свое тринадцатилетие она упросила его родителей самостоятельно обезглавить домовика, чтобы торжественно повесить его голову на парадную лестницу. Регулусу в тот момент было всего три, но это зрелище он запомнил до конца своих дней. И мысль, что она может сделать подобное и с Софией, приобретала все более четкие очертания.
— Прекрати, Белла! — воскликнула Нарцисса, с осуждением посмотрев на сестру.
— Ах, — Беллатриса отцепилась от его руки, скривив лицо, — скучные вы.
Она прошла до кресла, упав в него и закинув ногу на ногу. Беллатриса резким движением запустила руку во внутренний карман мантии, и Регулус, не удержавшись, дернулся, решив, что она сейчас достанет волшебную палочку, но сестра достала красивый серебряный портсигар и мундштук. Заметив, как Регулус дернулся, она усмехнулся.
— Не бойся, малыш-Регулус, тебя проклинать я не собираюсь, — сказала она, оглядев его очередным маниакальным взглядом, — ты еще нам пригодишься.
— Ох, Белла, ты опять собралась портить воздух? — поморщилась Нарцисса, наблюдая за тем, как сестра вставляет тонкую папироску в резной мундштук и прикуривает от палочки.
— Ох, Цисси, ты опять собралась портить всем удовольствие? — тонким, неприятным голоском передразнила ее Беллатриса.
Регулус отвернулся к окну, закатив глаза. Беллатриса и Нарцисса были молодые, замужние женщины, но ни одна встреча не обходилась без детских перепалок. Особенно, если поблизости отсутствовали их родители или мужья.
Беллатриса сделала первую затяжку и вновь оглядела Регулуса. Ее взгляды ужасно нервировали его и заставляли постоянно быть в напряжении.
— Я готова тебя выслушать, малыш-Регулус, — сладким голосом пропела Беллатриса, не сводя с него взгляда.
Регулус прошел до нее, садясь в соседнее кресло и стараясь не зацикливаться на ее пристальном внимании.
— Я хочу принять Метку, — прямо заявил он.
