— Давай зачетку, сынок! Хорошо доложил! Правильно! Дерзко!
И поставил курсанту «отлично».
С фронта любил дерзких.
Перед боевыми машинами десанта ставили тумбы — специально для полковников-проверяющих. Поставили такую и перед Маргеловым. Он подошел, пнул ее ногой и говорит:
— Я что, не десантник?! — и тут же залез в БМД-1 без посторонней помощи.
Известно, что Маргелов произносил «военномОрский флот». Когда ему в одном из кабинетов Минобороны по этому поводу сделали замечание, он резко ответил:
— Я в сорок первом под Ленинградом с «братишками» на смерть ходил. И не раз! И мне лучше знать, как дорогие им слова произносятся.
Однажды команда ВДВ заняла первое место по плаванию во всех Вооруженных силах СССР. Это сильно задело главкома ВМФ Горшкова. Именно он перед этим противился введению в ВДВ тельняшки и десантного берета, по сути дела, бескозырки.
И вот на совещании у министра обороны Д. Ф. Устинова, где собрались все командующие, министр объявляет победителя — кировабадский полк ВДВ, — а потом и говорит:
— Бокс, самбо для ВДВ — понятно. Но как полк, который стоит за сотню километров от моря, лучше всех плавает, мне непонятно!
Маргелов, довольный, улыбается.
Министр — Горшкову:
— А на флоте все умеют плавать?
Горшков вскочил:
— Так точно! Все!
Один из командующих, сидевший рядом с Горшковым, ракетчик, был глуховат. И в полной тишине, наклонившись к Горшкову, говорит достаточно громко:
— Не пи…ди.
Кабинет наполнился генеральским смехом.
Маргелов тоже смеялся. Вот уж кому было действительно весело!
Эту историю Маргелов сам любил рассказывать. А потом она вошла в одно из его интервью в газете «Неделя». Корреспондент его спросил: какое качество вы, как командующий, считаете главным в профессии десантника?
— Дерзость! Дерзость, — ответил он. — Такую степень дерзости, когда человек готов сражаться против десяти врагов. В обыденной жизни тоже ценю эти качества. Был у меня случай, почти смешной. Участвовал я, будучи командиром соединения, в прыжках с парашютом. Приземляюсь, гашу купол и вижу, как в пяти шагах от меня опускается вытяжной парашют. Не сомневаюсь, что это мой, беру его, и в это время на меня буквально налетает солдат, огромный детина. Глаза сверкают. «Не трогай! — кричит. — Это — мой! Я за ним следил с воздуха!» И как рванет у меня парашют из рук! Я едва на ногах удержался. Сначала была мысль догнать нахала и наказать за неуважение к старшему. Потом понял: он не узнал меня. Одеты мы все одинаково: шлем, комбинезон… Потом я построил полк, рассказал, как было дело, и объявил тому десантнику благодарность: «Кто умеет драться за свой парашют, тот и оружие из своих рук не выпустит и за свою землю будет сражаться на совесть! Молодец!»
В семидесятые годы американцы на своих агитационных плакатах, изображающих русских и «красную угрозу», традиционного детину в буденовке с разляпистой звездой в один миг поменяли на десантника с квадратным подбородком в «тельнике» и голубом берете.
Сороковой президент США Рональд Рейган частенько попугивал Пентагон Маргеловым, чем, к удовольствию последнего, поднимал его в глазах Министерства обороны и всего советского правительства. Однажды Рейган, подстегивая своих военных, сказал буквально следующее: «Я не удивлюсь, если на второй день войны на пороге Белого дома увижу парней в голубых беретах…»
Должно быть, президент просто желал бы видеть таких парней в форме армии США…
Солдаты строили забор вокруг автопарка воздушно-десантного полка. Маргелов приехал в часть и конечно же решил взглянуть на стройку. Сразу заметил — забор несоразмерно высокий. Спросил у офицеров:
— Зачем вы ставите такой высокий забор?
— Это, Василий Филиппович, чтобы обезопасить себя от воров, — сказал командир части.
— Снаружи или изнутри? — усмехнулся командующий.
Молодой боец, недавно призванный и толком ничего не знающий, каким-то образом угодил в курилку вместе с командующим, командиром полка, полковником и офицерами. Осмотрелся. А курить охота до жути. Посмотрел на своего комполка, но попросить закурить у него постеснялся. Посмотрел на Маргелова и говорит:
— Товарищ майор, у вас не будет сигареты?
Погоны командующего он не разглядел. Маргелов был в своей привычной летной кожаной куртке.
У Маргелова глаза на лоб:
— Чего?!
Солдатик решил не отступать:
— Я говорю, сигаретки не будет, товарищ майор?
Маргелов повернулся к комполка и говорит:
— Слышь, старлей, дай бойцу сигарету, а то у меня папиросы.
Он действительно всю жизнь курил папиросы.
В дивизии подводили итоги боевой подготовки войск.
