Они идут в кафе, садятся за столик на веранде и заказывают чай со льдом. В городе, под взглядами любопытной толпы и радужными флагами, недавно прошел гей-парад, но, несмотря на это, люди продолжают окатывать Софию презрением. Это притом что нетрадиционная сексуальная ориентация вошла в моду, особенно в гламурных кругах. Тусовщики и светские львицы, чтобы вызвать сенсацию на страницах желтой прессы, охотно сообщают репортерам, что «не хотят ограничивать себя ни в чем» и что «для них важнее душа, а не пол человека». И однако посетители за соседними столиками пересаживаются от них подальше, не скрывая своего отвра щения.
София молчит, уставившись в стакан. Мирье хочется всех убить.
– Пойдем?
София грустно кивает, встает и уходит, уставившись в пол и боясь встретиться с кем-нибудь глазами. Сегодня у нее нет сил защищать свое право сидеть в кафе, как обычный человек, и пить чай со льдом.
У нее есть сердце, мозг, скелет, легкие, печень, почки, кожа, волосы, уши, глаза, нос, рот… разве этого не достаточно, чтобы тебя считали человеком?
– Я люблю тебя, – говорит ей Мирья по дороге в аптеку.
– Я тоже тебя люблю, – отвечает София, касаясь ее руки.С упаковкой теста на беременность Мирья идет в туалет в «Макдоналдсе». Возвращается она бледнее белого. Руки трясутся. Ей с трудом удается удержаться на ногах.
София усаживает ее на скамью и просит опустить голову вниз. Мирья вся горит. София проводит рукой по ее пышным черным волосам.
– Это ребенок Филиппа? – спрашивает она, когда дыхание у Мирьи успокаивается.
Мирья кивает. Видно, что новость ее не обрадовала.
– Бедняжка…
София обнимает подругу. Звонит телефон. Мирье не хочется ни с кем говорить, но она все равно отвечает.
Это Роза. Операция прошла успешно. Виктор спит после наркоза. Она останется в больнице на всю ночь. Сегодня Мирье не стоит приходить. Лучше завтра.
– Возьми с собой еды. Здесь все такое пресное.
– Чего тебе хочется? – спрашивает Мирья.
– Возьми пару багетов с чесночным маслом и сыром, индейку, помидоры, термос с кофе. Не забудь добавить кардамона. Здесь кофе отвратительный… Что еще…
Чувствуется, что Роза голодна. Мирью тошнит.
– Прихвачу холодных креветок во фритюре, – предлагает Мирья, чтобы поскорее закончить разговор. – Авокадо, карманный нож, сливки, миндальное печенье и шоколадные конфеты с ликером.
– Прекрасно!
Роза довольна. Мирья вздыхает. Роза по одному этому вздоху понимает, что Мирье плохо, и тут же забывает про голод.
– Что с тобой, милая? Ничего не случилось?
Мирья колеблется. Не самый лучший момент для такой новости. Мама и так переживает за папу, у нее может подняться давление.
– Я просто устала…
– Как прошли похороны?
– Невесело.
– Так оно обычно и бывает.
– Да. Пока. Увидимся завтра.
Мирья убирает телефон и рассказывает об операции Софии, которая в этот момент думает о том, как Мирья с ее узкими бедрами сможет родить ребенка, и благодарит Бога за то, что у нее нет матки и ей не придется терпеть такие мучения.
