– Вечно вам женщинам не угодить, – брюзжал старик. – То не так, это не так. Всё! За этого пойдёшь в конце лета!
– Пусть всё остаётся как было, – медленно протянула маркиза. – Герцог Андертон.
– Я передумал, – заявил вдруг дядя, уселся в кресло и закинул нога на ногу.
– Но… договор… он заключён.
– Там указано, что я могу взять обратно слово, взамен компенсация, которую можешь уплатить из своего состояния, как ты любезно предложила – усмехнулся старик. – Герцог Даргон очень богат, ещё спасибо мне потом скажешь, что я устроил этот брак.
Нерине побелела и кляла себя за то письмо. Если бы не она, никакого Даргона не было. А теперь всё стало ещё хуже, чем было! Ведь с каждым днём их отношения с Велиусом становились нежнее, и маркиза была совсем не против выйти замуж за своего герцога.
А теперь… О нет!
Погода совсем испортилась, а небо затянуло тучами. Прозрачные капли срывались с пушистых облаков и стремились на землю. Андертон посмотрел на небо и поправил шляпу. Нахмурился и поспешил достигнуть мраморного белого здания, в котором располагался Совет Десятерых.
Могущественный Совет управлял королевством, потому что король Бренниус III был слишком слаб духом, ведом и не имел действующей власти. Герцог Канделон, который возглавлял Совет с незапамятных времён, был очень стар, и хотя это особо не афишировалась, но вся власть сосредоточилась в его руках. Он ловко дёргал за верёвочки короля, который делал ровно то, что ему было навязано.
Получив письмо от первого лица королевства, явиться в здание Совета, Андертону и в голову не могло прийти проигнорировать просьбу, которая, конечно же, была больше приказом.
Велиус вбежал по мощёным ступенькам, из белого камня, и дёрнул дубовую дверь на себя. Огромные величественные своды помещения были украшены лепниной. Синэйские ковры покрывали пол, а изящные статуэтки и редкие картины подчеркивали роскошь убранства. Резная мебель, из чёрного дерева, была достойна самого короля, и выполнена под заказ лучшим мастером королевства.
Он поднялся на второй этаж к кабинету герцога Канделона, и в дверях столкнулся с его секретарём леди Неверс. Велиус вздохнул, вот её как раз ещё не хватало. Увидев леди, он поклонился, а она, сделав реверанс, протянула ему руку.
– О, дорого́й герцог, куда вы пропали? — хлопая глазами спросила кокетка. – Разве не вы обещали показать мне королевские сады?
– Мадам, я и сам огорчён, что не вышло. Столько дел, что просто нет времени, – герцог поцеловал тыльную сторону кисти, а она задержала свою ладонь в его, пожалуй, слишком долго, чем того предписывал этикет. Наконец, леди Неверс всё же убрала руку, а зелёные глаза хитро блеснули.
– Неужели у вас не нашлось времени для меня, Велиус?
Леди была красива. Изящная фигура в облегающем небесно-голубом платье, с очень низким декольте. Светлые волосы, которые по последней моде были убраны наверх в затейливую причёску. Белоснежная кожа, словно сливки, не тронутая солнцем.
«Во имя Первого, женщина, нет у меня на тебя времени», – подумал он, а вслух сказал:
– Мои дела призвали меня в другую часть королевства, но я выполню своё обещание, раз оно было вам дано.
Леди Неверс захлопала в ладоши. Коралловые губы раздвинулись в самой широкой улыбке.
– Велиус, это так чудесно! Я вам сегодня же напишу. Вы к Его Светлости?
– Да. Хотелось бы быстрее покончить с аудиенцией, у меня ещё много дел.
– Проходите же скорее, – леди распахнула дверь, которая вела в приёмную, а сама скрылась в кабинете герцога.
Секретаря слишком долго не было, и Велиус присел на кожаный диван и нахмурился. Но не успел он раздумать над дурацкой прогулкой с леди, как дверь открылась и она выпорхнула:
– Его Светлость вас ожидает, – подмигнула леди Неверс.
Поблагодарив кивком кокетку, он вошёл. Герцог Канделон стоял у окна, и, увидев посетителя, немного приспустил очки.
– О, мой мальчик, входите скорее, – позвал он.
Андертон сел напротив в одно из очень дорогих кресел, которое было слишком кричащего цвета – алого, но выполнено на заказ, дабы подчеркнуть вседозволенность советника.
Герцог Канделон проковыляв к своему письменному столу, сел и выжидательно посмотрел на Велиуса. Он был слишком худ, что одежда на нём висела мешком. Скулы острые, нос слишком длинный. Единственное украшение герцога живые светло-голубые глаза, в которых светился ум. На голове громоздился белоснежный парик с длинными кудрями, чтобы скрыть лысину.
– Я позвал вас по одной простой причине. В этом году, мы самую малость сузили круг кандидатов в Совет. Естественно, вы приглашены, но поскольку список изменился, нужна ваша подпись, – тонкие худые пальцы, унизанные перстнями, легли на бумаги. – Я мог бы прислать документ со своим человеком, но хотел поговорить с глазу на глаз.
– И что же вы хотели обсудить? – Велиус поддался немного вперёд и поправил шейный платок. Без магии он чувствовал себя не в своей тарелке.
