Когда он закончил, он дал письмо от Дианы Мортенсен Сигмунду, который его прочел, не говоря ни слова и ни секунды не задумываясь о том, кто сегодня герой дня. Он сложил письмо обратно, отдал его Маркусу и посмотрел на друга новым взглядом.
– Черт возьми! – сказал он.
– Она думает, я миллионер, – сказал Маркус.
Сигмунд кивнул и хихикнул. Никогда в жизни Маркус не видел, как Сигмунд хихикает. Он думал, что хихикают только девчонки, но Сигмунд хихикнул не зло, а приятно, что означало: теперь у них есть общая тайна. Невероятная тайна, в которую были посвящены только они. Маркус тоже хихикнул:
– Что будем делать?
Размышляя над ответом, Сигмунд снова стал важным и серьезным.
– Не знаю… – сказал он медленно, – пока не знаю. Предлагаю пойти искупаться. Когда мои члены опущены в воду, мне легче думается.
Ехали оба молча. Сигмунд вел велосипед, а Маркус сидел на багажнике, они ехали по лесной тропинке, которая вела к бухте, где Сигмунд обычно прыгал с камней в воду, а Маркус плескался и собирал ракушки. Не то чтобы он не умел плавать, ему просто не нравилось. У него был свой особенный метод плавания. Когда он болтал ногами, руками он тормозил. Кроме того, море вообще не очень-то его вдохновляло. Его чудовищно напугал фильм «Акулы-2», который он посмотрел на видео, а море было еще полно крабов, медуз и скатов. Он видел электроската в аквариуме в Бергене и был убежден, что если у них в бухте и водится какой-нибудь электроскат, то он непременно наткнется на Маркуса. Рано или поздно. Скорее всего, рано.
Пляж был забит народом. Кто-то загорал, кто-то непрерывно забегал в воду и выбегал обратно, брызгал и лил воду на загорающих, кто-то плавал, кто-то нырял, хватал плавающих за ноги и тянул на дно. Райдар и Эллен Кристина стояли в воде и перекидывались мячом. Когда Сигмунд с Маркусом пришли, Райдар им помахал.
– Ты заблудился, Макакус, здесь нет ледников!
Почему-то Эллен Кристина делала вид, что не замечает их.
– Она по мне с ума сходит, – сказал Сигмунд. – Без сомнений. Пойдем в другое место.
Другая бухта находилась неподалеку. Там было не так хорошо купаться, потому что дно было полно камней, зато там было тихо, а у самого выхода из бухты стоял валун, с которого Сигмунд прыгал в воду.
Маркус сел на камень, подтянув к себе коленки, и смотрел на Сигмунда, который плыл спокойными широкими гребками. Он вынул письмо и еще раз прочел его. С прошлого раза оно стало еще лучше. Такое какое-то искреннее и открытое. Человеку нужно помочь. Он посмотрел на море. Сигмунда не было.
«Помогите! – подумал Маркус. – Он утонул!»
Он как раз собирался звать на помощь, но тут голова товарища показалась из воды прямо около камня.
– Ты должен ей написать, – сказал Сигмунд и вскарабкался на камень. – Ты ей нужен!
Маркус даже не заметил, что промок от воды, которую стряхнул на него Сигмунд.
– А?
– Ты должен написать ей еще одно письмо. От имени миллионера.
– Но я же не миллионер.
– Дело в том, – продолжал, вытираясь, Сигмунд, – что Диане Мортенсен плохо. Ей нужен кто-то, кому можно довериться. Могу поспорить, что она ждет не дождется твоего следующего письма. Если ты расскажешь ей, кто ты на самом деле, ей будет очень неприятно. И тогда ты будешь виноват.
– С чего это?
– Просто я это чувствую. Вспомни про Мэрилин Монро. Ты себе никогда не простишь, Маркус.
– Если что?
– Если не напишешь ей письмо.
– От имени миллионера?
– Да.
– Боюсь, мне не удастся соврать ей еще раз, Сигмунд. Не Диане Мортенсен.
– Я тебе помогу, – сказал Сигмунд спокойно. – У тебя с собой нет ручки и бумаги?
– Есть, – ответил Маркус, – случайно.
– Ну вот, – сказал Сигмунд, – неплохо, сказать по правде. Прочти вслух.
«Дорогая Диана! – начал Маркус – Да, мне кажется, я теперь могу называть тебя просто Диана. Ощущение связи между нами, которой препятствует время и расстояние, усилилось после того, как я прочел твое последнее письмо. Я просто узнал в нем собственные чувства и впал в глубокую меланхолию, но одновременно испытал большую радость. Радость оттого, что ты существуешь. Теперь я скромно надеюсь, что ты тоже испытаешь такую же радость от моего письма. Диана, меня тешит слабая надежда, что я смогу подарить тебе немного непосредственности и жизнелюбия, которые нам так нужны, чтобы радоваться простым вещам. Я сам часто наслаждаюсь природой. Маленький цветок сон-травы с розовыми листьями и голубыми лепестками, карликовая береза, которая крепко цепляется за каменистую землю, ледник в его замерзшей красоте и солнце, когда оно, свежее и отдохнувшее, поднимается над горами. Когда я все это вижу, я понимаю, что живу! Что я и природа – это одно целое и что времени в каком-то смысле больше не существует. Да, Диана, я часто задумывался, что же такое время, и понял, что согласен с поэтом Гюннаром Райсс-Андерсеном, который сказал так: „Время – это расстояние в заколдованном пространстве“! Если ты понимаешь, о чем я. Ты – в Голливуде, а я – в Норвегии, но мы находимся в одном пространстве, а космические волны, которые соединяют твою жизнь с моей, не знают государственных границ. Я часто говорю: „Радуйся малому!”
