Артём бросил в щель турникета жетон и встал на эскалатор. Осмотрелся по сторонам. Было как-то непривычно. Стены голые, никакой рекламы, подсветка снизу с балюстрады, да и пассажиров практически не было. Спустившись на платформу, Королёв остановился. Высокие потолки, увенчанные разноцветными люстрами, с мастерством оформленные мозаичные панно на стенах, мрамор и гранит — всё это не могло его оставить равнодушным и на минуту отвлекло от только что произошедших трагических событий. Красно-зелёный четырёх-вагонный состав медленно остановился. Пассажиры изнутри открыли двери, и Артём зашёл в вагон. Поезд тронулся, и внутри сразу же стало темно, лишь в торцах вагона тускло горели плафоны, освещая два портрета — отца и сына.
Королёв прикрыл глаза и задумался. Он искал, но не находил ответа на вопрос — в чём причина такого внимания к их посещению профессора со стороны офицеров госбезопасности? Если брать во внимание последние слова хозяина квартиры, то получается, что он принял мучительную смерть из-за того, что к нему месяц назад заходил Ли Дон Гон, который на тот момент был в розыске. Но… не понятно, как тогда спецслужбы узнали, что профессор рассказал Артёму о визите к нему Ли Дон Гона. Ведь такое узнать столь быстро в принципе не возможно. Тогда получается, что офицеров интересовало главным образом содержание беседы Королёва с профессором. Далее, судя по тому, что книги были разбросаны по комнате, они, добившись признания от хозяина, искали как раз тот справочник, который был нужен Ли. Нашли или нет? Вот вопрос. Опять же, зачем Ли Дон Гону понадобился этот справочник? А с другой стороны, если взять за основу методику одного из классиков марксизма-ленинизма и попытаться вычислить — кому нужна была смерть Ли Дон Гона? Это во-первых. Ну а во-вторых, носителем какой тайны оказался побратим, если он пытался донести её до российской стороны?
Пока просматривается только одна версия: Ли узнал о подготовке покушения на Руководителя и стремился упредить трагедию, даже ценой своей жизни. Совершить такой поступок он вполне мог, а в преданности побратима Руководителю Королёв не сомневался. В стране явно идёт подковёрная борьба за трон ещё живого, но уже умирающего правителя, армия находится в повышенной боевой готовности, идут постоянные учения. Страна, как говорят в Одессе, видимо, накануне большого шухера.
Артём встряхнул головой, за окном вагона замелькали роскошно исполненные на стенах тоннеля барельефы и мозаики. Свет огромных люстр под высоким сводом вестибюля станции осветил вагон. Раздался голос машиниста поезда: «Станция Сынри». Королёв намеревался выйти на следующей станции, но, приняв для себя решение, вышел на этой. Поднявшись наверх, он понял, куда его вывели ноги. Недалеко от станции находилось российское посольство.
«Пожалуй, это правильное решение», — подумал он. Всё-таки заграница и надо предпринять превентивные меры. Убийство профессора, два обезвреженных им офицера делали его важным свидетелем. Однако учитывая, что они дома, а Королёв в гостях, то можно вмиг оказаться и обвиняемым. С этой мыслью Артём подошёл к воротам посольства и нажал кнопку вызова дежурного коменданта российского загранучреждения.
К счастью, несмотря на столь позднее время, сотрудник консульского отдела был на территории посольства и Королёва впустили.
Пройдя пару десятков метров, он остановился около левого крыла посольского здания перед дверью, над которой тускло мерцала, похоже оставшаяся после празднования Нового года, разноцветная гирлянда лампочек. Артём толкнул дверь и зашёл в бар. Да, это был самый обыкновенный бар. По рассказам атташе по культуре, лет двадцать назад, когда интенсивно развивалось двухстороннее сотрудничество в самых различных областях, в этом помещении была столовая. После свёртывания отношений и резкого сокращения численности российской колонии столовая прекратила своё существование. И только в начале 2000-х годов по инициативе посла открыли бар-кафе, где можно было выпить чашечку кофе, перекусить да и просто посидеть с коллегами. «Ничто не сможет заменить радость человеческого общения» — под таким девизом работал по вечерам бар.
В небольшом помещении посетителей почти не было. Заняты были только два столика. За одним из них сидела пара молодых людей, видимо муж с женой, а за вторым — трое мужчин, которые громко и весело что-то обсуждали. На столе у последних стояла батарея пустых кружек и лежала гора потрошённой вяленой воблы, видимо чей-то подарок из России. Артём уверенно направился к молодой паре.
— Прошу меня извинить, но дежурный комендант сказал, что вы — атташе консульского отдела, — обратился Королёв к молодому человеку.
— Да, это я, — ответил молодой человек. — А вы, если мне память не изменяет, тренер нашей команды по восточным единоборствам.
— Всё правильно. Королёв Артём Николаевич.
— У вас в команде возникли проблемы? Нужна консульская помощь? — встревоженно спросил атташе. — Кстати, Беседин Олег, рад познакомиться.
— Вы знаете, вопрос касается лично меня. Не могли бы мы с вами переговорить отдельно?
