– Разумный вывод, – вполне себе миролюбиво прозвенел пришелец, продолжая что-то настраивать. У него на поясе висел знакомый прибор со всеми трубками и перепонками на положенных им местах. – Временная петля очень полезная вещь, хоть и недешёвая. Но разбитый трансмиттер скайров значительно дороже, особенно с учетом стоимости доставки, фактора времени и процента с упущенной прибыли.
– То есть, он провернул время назад, когда ты умер, – догадался Дик. – И мы вернулись в прошлое за минуту до того, как разлетелся вдребезги этот перепончатый агрегат… Наверное, здесь следовало бы сказать «спасибо» на галактическом языке, вот только, что-то у меня во рту пересохло…
– Боюсь, наши жизни ничего не стоили, – недобро усмехнулся Стас. – Ему нужен был только прибор. А мы… в общем, нам повезло, что ты его поломал.
– Разъяснение позиции, – и не подумал смущаться Маклер, пустившись в пояснения: – Ваши жизни не менее ценны, без них резонирующий эффект от трансмиттера в два раза слабее.
– Вот спасибо, вот утешил… – проворчал Дик. – Получается, меня не убили только из-за того, что моя задница с чем-то там резонирует…
– Уточнение. Не с чем-то, а с излучением скайров, – не оценил человеческой иронии Маклер, хватаясь тонкими пальцами за мембраны и трубочки на своём приборе. – Почему-то их спрятали здесь, в этом помещении для отправления физиологических потребностей ваших организмов.
– Традиция, – осклабился Дик. – Мы тоже возили контрабанду. Мог бы сразу спросить…
Их лишили возможности даже эффектно вышибать двери. Все отсеки и каюты оказались разблокированы, и открывались от лёгкого пинка.
Лайнер «Олария Тойе» недаром получил трансгалактический знак высокого качества, титул образцового корабля и семь почётных круизных звёзд. Люксовая меблировка, эргономичный и эклектичный стиль в интерьере от ультрамодных дизайнеров, идеальный порядок. Неиссякаемая гордость и фотонный дождь доходов корпорации «Спэйслайн дайнемикс». И беспомощная жертва пиратского десанта.
Круши до чего дотянешься, ломай то, что ломается. Судя по удовлетворённому рёву Понки и Донки, то и дело раздававшемуся в динамиках внутренней связи, обозначенные в чек-листах предметы находились в строго отведённых для них местах. А остальные вещи, которым не посчастливилось попасть в список нужных, со звоном и хрустом превращались громилами в груды бесполезного хлама.
Работу Викки выдавали только треск, скрежет, лязганье и глухие удары. Он не отличался разговорчивостью даже в сезоны затишья, проводимые на базе. А уж в периоды вылазок мог молчать сутками, ограничиваясь выразительным мычанием.
Тони и Жирафа потрошили каюты. Не дольше пяти с половиной минут на помещение. По универсальному сценарию. Детектором исследовали комнату, быстро и эффективно обнаруживая закрома хозяев: драгоценные камни, редкие металлы и прочие ценности. Потом следовал скан-тест сейфов, там, где хитрый прибор выдавал положительный сигнал, в ход шёл ионный резак на импульсах высокой мощности. Персональная разработка и гордость Солянки. Ну и напоследок, что-нибудь для души: ваза или запонка, проекционная панель или коммуникатор.
В них никто не стрелял. Им никто не мешал. Никто даже не возражал. Путешественники сладко спали, пристёгнутые к своим кроватям и одурманенные сонным транквилизатором. Сработай сейчас сирена, призывающая пассажиров к экстренной эвакуации, ни один бы не шелохнулся.
Тони Лапка был недоволен. Ни побахвалиться безнаказанностью, ни нос разбить какому-нибудь борзому корпорату, отказавшемуся падать перед ним на колени и просить за свою поганую шкуру. Ни пальнуть по лампам и вазам с разудалой лихостью и криком: «Не двигаться – это абордаж!»
Но совсем уже лишать себя удовольствия Лапка не собирался. Не для того он подался в кометы. Если бы хотел чистоплюйствовать, прозябал бы сейчас на обочине жизни в шахтёрской Йонелле и разглагольствовал бы о нравах и временах. Полуголодный и полуживой, зато законопослушный. В какой-то мере он был даже благодарен корпорации «Йонеллгрунт» и Федерации в целом, за то, где сейчас находится, но никому говорить «спасибо» не собирался. «Следую курсу» – любил повторять он фразу из книжки, прочитанной в далёкой добропорядочной жизни. И следовал, стреляя в тех, кто был с этим не согласен. Ни одной книги, кстати, с тех пор он больше не прочёл, поэтому фраза и врезалась в память. Пирату читать некогда.
Так что, пару раз он позволил себе оторваться. Тем более, в наказе Деметры прозвучало, что операция должна выглядеть как ограбление. Тони был далеко не дурак и догадывался, что кэп решил провернуть столь сложную комбинацию не ради брюликов и медицинского манипулятора, но попадавшееся добро со всем старанием собирал в фонд нуждающейся пиратской команды и свой собственный, разумеется.
Пистолет в его руке с удовольствием плевался плазмой, превращая в оплавленное месиво зеркала и изысканную мебель, прожигая дыры в элегантных нарядах и наводя, по мере ограниченного времени, беспредельный хаос в каютах.
