– В целом, да. Как ты думаешь, те, которых ты называешь плохими, будут стараться привлечь в свой лагерь самых талантливых и сильных представителей?
– Думаю, будут, – мне понравился игровой формат нашей странной беседы и я с удовольствием отвечала на вопросы. Да и противная тошнота отступила.
– И снова правильно. Ты ведь догадываешься, Марта, какие методы используют те, вторые, для достижения своих корыстных целей? – ухмыляясь, спросил Глеб.
– Ну… Ты говорил, что угрызения совести им не свойственны. И на нормы морали они тоже не опираются.
– У тебя отличная память. Тогда скажи мне, готова ли ты со своими сверхспособностями вступить в этот лагерь отпетых мошенников, воров и убийц?
– Я? Да я… Да у меня ещё нет вообще никаких способностей! Не говоря уже о «супер»! – возмутилась я.
Глеб молча и не двигаясь смотрел на меня в ожидании ответа.
– Ладно, – сказала я. – Предположим, что они скоро будут. Конечно, я не вступлю в этот лагерь. Что я, ненормальная?
– Ну вот мы и подошли к главному вопросу. Как ты считаешь, Марта, смиряться ли эти опасные для общества личности, с твоим высоконравственным решением? – спросил Глеб, коварно усмехнувшись.
У меня всё внутри похолодело, а желудок предательски сжался.
– Они сначала попробуют договориться с тобой по хорошему. Предложат немыслимые блага. А когда ты откажешься с ними сотрудничать, уничтожат тебя. Зачем им такой сильный и опасный соперник, правда? – тихо произнёс Глеб и отвернулся к окну.
– Может эти дурацкие способности появятся у меня только лет через тридцать? – со слабой надеждой предположила я.
– Это произойдёт гораздо быстрее. Моя близость будет провоцировать их стремительное развитие. Роман сказал, что уже через несколько месяцев твои глаза начнут темнеть, а спустя год-полтора ты станешь сильнее меня.
– Но как же меня найдут эти ужасные люди? Ведь ты им не скажешь?
– Я не скажу. Но они тебя уже нашли, – Глеб с невыразимой тоской взглянул на меня.
– Как нашли? Никто меня не нашёл! – воскликнула я громко. Водитель чуть повернул голову в нашу сторону, но сразу же отвернулся. Интересно, много интересных историй он услышал тут от нас?
– Они пользуются услугами обычных людей. Нанимают своего рода соглядатаев, этаких наблюдателей, которые приставляются к конкретному человеку под видом, например, подруги, или коллеги по работе. Наблюдатели могут вести своего подопечного годами, а о результатах докладывать своему «начальству». За хорошее вознаграждение, разумеется. Очень хорошее.
Меня замутило ещё сильнее и я выглянула в окно, чтобы определить долго ли ещё ехать. Оказалось, что мы уже совсем близко. В этот момент мне пришла в голову дикая мысль и я резко повернулась к Глебу.
– Ты что, считаешь, то это Лео за мной наблюдает? – возмущённо зашипела я на него.
– Нет! Конечно, нет. Я хочу взглянуть на твоего брата, чтобы просто убедиться, что он не такой же как ты. Что, хотя бы ему ничего не угрожает, – успокаивающим голосом ответил Глеб.
Мы подъехали к моему дому, машина с резким толчком остановилась и я выскочила на улицу, с трудом сдерживая приступ тошноты. Немного отдышавшись, я подошла к лавочке около подъезда и села на неё, даже не проверив, чистая ли она была.
Что за бред? Что вообще происходит? И это есть скучный реальный мир? Я подняла голову и посмотрела на окна в нашей квартире. В гостиной горел свет, значит Лео завис около телевизора. Вот сюрприз-то его ждёт.
– А кто же тогда за мной наблюдает? – убитым голосом спросила я у подошедшего ко мне Глеба.
– Вот это надо выяснить как можно скорее. Кто-то из твоего близкого окружения. И с кем ты знакома уже лет пять, не меньше. Роман сказал, что обычно запоздавшие способности начинают проявляться сразу после тридцати лет, поэтому именно с этого возраста усиливают наблюдение за объектом и приставляют к нему личного соглядатая.
– Объектом! – фыркнула я. – Но откуда они вообще узнают о таких как я?
– Ну это как раз просто. Нас ведь не так много, всего лишь около двух сотен во всём мире и не так сложно периодически отслеживать личную жизнь каждого. Если у кого-то из нас рождается ребенок, то это и есть повод наблюдать за его развитием. Поэтому я и сказал, что кто-то, может быть это твои родители, а может бабушка или дедушка, как раз из наших. Иногда генетика даёт сбой и способности перескакивают через поколение. Точных правил здесь нет.
– Мои мама и папа? Просто смешно! А бабушка вообще ни причём, она умерла давным-давно.., – я осеклась, вспомнив, что с бабушкой-то и была связана какая-то запутанная семейная история. – Всё равно это невозможно, Глеб!
– И тем не менее это так, – он устало вздохнул и помог мне встать со скамейки.
Мы зашли в подъезд, не спеша поднялись на второй этаж, я хотела достать ключи, но передумала и нажала на кнопку дверного звонка.
– Ты снова забыла ключи… Ой! – Лео замолчал и с любопытством уставился на нас.
