– На дальней периферии звёздной системы Каптейн. Повисим пока здесь, незаметно послушаем, что творится вокруг. Гостей подождём. Вдруг дождёмся?
– А вахта? – внезапно меня осенило. Не получится из меня толкового космонавта. Заснуть на посту… Браво, Маруся.
– Сменилась, – Грей неожиданно остановился, явно о чём-то раздумывая. —Теперь у нас с тобой в распоряжении целых двенадцать имперских часов совершенно бесстыдного отдыха. У тебя есть идеи?
– Сыграть партию в шахматы на раздевание, – я громко зевнула, получив утешительный поцелуй в кончик носа. – Есть такая увлекательная земная игра, я тебя научу. У меня в семье все умеют. Братцы мои этой шахматной страстью заразили весь Космофлот.
– На раздевание… – медленно развернувшись, Грей коснулся плечом одному ему ведомого участка стены в коридоре, и она отодвинулась. В открывшемся узком проходе тут же затеплился свет. Шагнув туда, Грей оглянулся и тихо присвистнул. Участок стены встал на своё прежнее место.
– Жалко, доски у нас нет, – я притворно вздохнула. – И фигурок. А я так устала, что вряд ли смогу объяснить вашему принтеру, что такое шахматные фигуры.
– Устала… – Грей так легко нёс меня на руках, как будто бы в невесомости.
А ведь я лишь немного ему уступала в росте. И весила не по-детски. Всё никак не привыкну к его физической силе. Интересно, как выглядит капитан обнажённым… Тут фантазия моя разыгралась, предательской краснотой заливая лицо. И, конечно же, Грей всё увидел! Усмехнулся и снова прижался губами ко лбу. Кажется, эти короткие, полные нежности прикосновения очень нравятся нам обоим.
– Отлично, меня есть чем тебя удивить, хитрая маленькая землянка.
В его руках я действительно ощущала себя очень маленькой. Хрупкой и нежной. Как горный цветок. Я могу тонкими нитями корешков разламывать камни и гибко стелиться под дующими из ущелья холодными, злыми ветрами. А могу замереть от восторга в ладонях любимого человека.
– Ты постоянно меня удивляешь, я скоро окончательно к этому привыкну, – я носом потёрлась о могучее мужское плечо, обтянутое тонкой зелёной тканью униформы. – Кстати, а кто обозвал тебя вором? Да ещё и лазурным. Расскажешь?
– Да.
Он всего лишь легко согласился, но я вдруг отчётливо поняла, как многое для него значило это согласие. Ещё одна приоткрытая дверь, за которую меня приглашают…
Пройдя примерно с десяток шагов, Грей неожиданно и легко пересадил меня на предплечье, устраивая, как ребёнка, и свободной рукой толкнул мягкую стену. Она тут же беззвучно раздвинулась. Интересно, как он ориентируется в этом сложном хитросплетении коридоров? Для способной заблудиться в трёх спальнях меня эта способность была чем-то из разряда необъяснимых чудес.
Словно прочтя мои мысли, капитан пояснил:
– Это просто рефлексы. Утром вставая на ноги, тебе нет нужды вспоминать, как именно работают их мышцы. Садясь за штурвал личного лукса, ты не задумываешься над тем, как устроены его двигатели. Свой корабль я просто чувствую, знаю.
– А я скоро забуду вообще, как ногами ходить… – пробурчала тихонечко. – Зачем ты таскаешь меня на руках?
– Как у нас говорят: “Не имеют веса камни для строительства своего дома.” Мне приятно тебя обнимать. Чувствовать беззащитной и маленькой.
Любому другому жителю нашей галактики Маруся Аверина тут же ответила метким ударом в отвисшую челюсть. Не, сначала сказала бы всё, что успела подумать, а потом уже врезала бы. И в глаз. И… до чего дотянулась бы.
А теперь… сидя на локте могучей руки своего капитана, я только тихонько вздохнула и носом уткнулась в густую шапку его жёстких, чёрных волос.
– Потерпи ещё пару минут, – по-своему истолковав этот жест, Грей снова толкнул какую-то стену, и навстречу нам дунул порыв тёплого, влажного воздуха. Освещение изменилось, став изумрудно-зелёным, отчего кожа Грея заиграла невероятно-красивыми оттенками насыщенно-бирюзового. Пока я на него любовалась, мой загадочный капитан бережно опустил меня на ноги, на мгновение снова прижавшись губами к виску, и произнёс своим потрясающе-бархатным голосом:
– Взгляни-ка. Что скажешь, маленькая землянка?
Что могла я сказать…
Перед моим взглядом открылось последнее, что я рассчитывала увидеть на борту современного космического корабля, легко рассекающего пространство вселенной.
Даже земного слона здесь представить было бы не так странно. Жирафа и крокодила. Кита с осьминогом и лошадь.
Термы. По меркам современного жителя открытого космоса совершенно, прямо-таки неправдоподобно роскошные. Выложенные натуральным камнем круглые бассейны с мягко бурлящей горячей водой. Плотные слои белого пара рваными клочьями выплёскивались с её беспокойной водной поверхности прямо на стены, сплошь покрытые довольно густым зелёным ковром, чем-то отдалённо похожим на живой земной мох. Такой же пушистой растительностью оказались покрыты и широкие ступени бассейнов, а, вероятно, и тёмное дно. Густая зелёная щётка на бортиках между камнями приобретала оттенки осенней листвы: от лимонно-жёлтого до малиново-красного.
