Утро четверга не задалось с самого начала. Дядюшка Ил обнаружил, что кто-то проковырял в обивке кресла глубокую дырку, и в два счета нашел виноватого. Он вру-чил Атиму набор швейных принадлежностей и велел немедленно исправить допущенное безобразие. Иголка с ниткой ловко справлялись с неприятностью. За свою жизнь Атим столько всего испортил, что его можно было смело называть мастером на все руки.
– Атим, тут к тебе странный посетитель, – донесся из коридора голос дядюшки Ила. – Пропускаю на свой страх и риск, если что, зови на помощь.
Через секунду в зал вплыл, точнее вкатился, огромный красно-желто-оранжевый букет. Он пролетел по комнате, поочередно натыкаясь то на газетный столик, то на тумбочку и, подплыв к Атиму, замер.
– Простите, вы к кому? – вежливо полюбопытствовал Атим.
– Это же я, – ответил букет.
– Очень приятно, – хмыкнул Атим. – В первый раз встречаю говорящие цветы. Вы, случайно, домом не ошиблись? Вам надо на другой конец острова, там живет похожая на вас семейка. Поспешите, а то не ровен час завянут, вас ожидая.
– Дурочка-то из себя не строй, – с обидой протянул Юн, отставляя букет в сторону и появляясь в поле зрения.
– И после этого я дурачок? – изумился Атим, тыча пальцем в цветочное безумие. – Ты что, изверг, все свои клумбы уничтожил?
– Нет, только половину, – засиял Юн. – Это императорские тюльпаны, вырастают до полутора метров в высоту. Сейчас они в самом соку. Хочу подарить их Малине, такой сюрприз получится, обалдеть! Только что видел ее, она беседовала со старушкой из соседнего дома.
– Немаленький такой сюрприз, – с трудом проговорил Атим.
Юн аккуратно прислонил кошмарный букет к спинке дивана и незамедлительно расположил свои пухлые телеса в свободном кресле. Атим задумчиво покопался в ушной раковине, пожал плечами и вернулся к миссии по устранению дырки.
– А ко мне-то зачем явился с этим добром? – для порядка спросил Атим.
– Видишь ли, – замялся Юн, рукой взъерошивая себе волосы. – Поначалу это была замечательная идея… то есть, ровно до того момента, как я вырезал часть своего цветника… А потом мне пришло на ум, что Малина может решить, что нравится мне… Как считаешь, она может так подумать?
– Ни в коем случае! – пылко заверил Атим, откусывая зубами нитку. – Когда мальчик притаскивает девочке огромный и шикарный букет ростом с человека, это определенно означает, что мальчик девочку ненавидит. Если хочешь, я могу подтвердить, что ты делаешь красивые подарки исключительно тем, кого терпеть не можешь?
– Все бы тебе только ерничать! – вскипел Юн. – Ничего более умного посоветовать не в состоянии!
– Ну прости, что ты не посчитал нужным заранее предупредить меня о своих планах, – в тон другу ответствовал Атим.
– Черт, и что же теперь делать, а? – забеспокоился Юн, с ужасом в очах уставившись на букет. – С это махиной я буду выглядеть полным имбецилом! Малина не сегодня-завтра домой уплывет, цветы пропадут, а у меня в саду лысая, неказистая земля! Кошмар! Что делать, а?
– Посадишь новые, эка печаль, – пробормотал Атим.
– Таких цветов больше нигде не найдешь, – всхлипнул Юн. – Я их специально заказывал, у бабули кучу монет выклянчил. Торчать там теперь уродским гвоздикам, банальные, неприметные ветки!
– Атим, к тебе снова гости, – крикнул дядюшка Ил. – Сегодня пускаю всех без разбору, когда закончится место, можешь складировать их в шкаф.
– Спасибо, господин Аллер, – раздался из коридора девичий голосок с легкой картавостью.
– Ой-ой, – засуетился Юн, бегая вокруг букета. – Она сейчас будет здесь… Давай ты от себя подаришь, ну, типа, дружеский дар?
– С ума не сходи, – опешил Атим.
Не придумав ничего лучше, Юн с трудом оторвал букет от пола и, крякнув, забросил его за широкий диван. Справился он весьма вовремя, в тот же миг в гостиную вошла Малина и смущенно застыла на пороге.
– Привет, – нервно воскликнул Юн, одним глазком поглядывая на диван.
– Привет, – помахала рукой Малина. – Я как раз тебя искала, ты вроде обещал мне что-то показать…
– Я обещал? – заулыбался Юн. – Эээ… я… я хотел показать тебе своего лучшего друга, ничего особенного. Атим, знакомься, это Малина. Малина, это Атим.
Малина подошла и, сильно смущаясь, протянула руку. Атиму ничего не оставалось как пожать тонкую костлявую ладошку. При всем этом Атим с гигантским трудом удерживал себя от того, чтобы громогласно не напомнить Юну о букете, распластавшемся за диваном.
– Как тебе нравится у нас на острове? – приступил Атим к светской беседе.
– О, я много слышала о марвиках, – вежливо ответила Малина. – Давно мечтала побывать у вас в гостях, прекрасный народ.
– Мечты сбываются, – кивнул Атим. – Правда, в основном наших гостей редко приносит прибоем и их не откачивают потом в четыре руки.
– Ко мне тут все очень добры, столько всего надарили. В основном еду. Но, боюсь, что большая часть пропадет, – печально добавила она – Я честно старалась все проглотить, но потом опомнилась и решила, что лопнуть от переедания было бы не очень вежливо.
