На рынке, как и предполагал Атим, царило непроглядное уныние. Пока Юн с восторгом перебирал товар в цветочной лавке, Атим потратил последние деньги на порцию халвы и умял ее в порыве вселенской тоски. Когда-то на месте этого самого рынка возвышалась величественная крепость, за стенами которой денно и нощно ковалось оружие, слышались бодрые крики марвиков-воинов, а по пыльным дорогам маршировали строи бородатых и грозных солдат. Атим многое бы отдал, чтобы попасть в то время, когда марвики не могли отличить ранет от аниса, зато духом были крепче и силой мощнее. А сейчас все поросло быльем, арсенал безнадежно стареет в земле, и от осознания подобного беспредела у Атима наворачивались слезы.
В скором времени друзья шли к пристани, чтобы искупаться. Такое времяпрепровождение не противоречило принципам ни одного из них, поэтому они быстро договорились.
– Слышал про старика Мита? – поинтересовался Юн, когда они проходили мимо часовни.
– Ага, мне дядюшка рассказывал, – скуксился Атим.
– Ужас, правда? Вроде еще не совсем дряхлый, а безумие подкралось незаметно. Я…
– Хочешь об этом поговорить? Почему бы и нет, давай сядем в тенечке на лавочку и обсудим удивительную новость. Славно помашем языками, и время пролетит в одно мгновение…
– Начинается, – вздохнул Юн.
– Продолжается, – поправил Атим. – У меня ушные перепонки в голос ревут от подобных разговоров. Ведь скукотища смертная!
– А тебе войну подавай, – развел руками Юн. – Как можно мечтать о таком?
– Я не о войне мечтаю, сколько раз тебе повторять, а… о том духе, том величии, понимаешь? А если на нас нападут, что станем делать?
– Никто на нас не нападет, не нагнетай, – вздрогнул Юн.
– А все же? Чем будем врага бить? Забросаем их картошкой и измордуем лопатами?
– Лопатой-то по башке – не самое приятное удовольствие, – усмехнулся Юн.
– Марвиков уже никто не боится как раньше! Единственный, кто тут может всерьез напугать, это дворничиха с Колокольной улицы. От ее улыбки голуби в обморок валятся, а затем еще долго притворяются мертвыми, пока она не уйдет.
– Вот ее и отправим на переговоры, если что, – произнес Юн
– Смех смехом, но мне уже порядком надоели беседы о том у кого сад красивее, или коза бодливее, – отрезал Атим. – Историю с шаманством Мита теперь будут обсасывать до посинения, до тех пор, пока кто-нибудь не вырастит тыкву размером с кита!
– Это было бы здорово! – загорелся Юн. – Представь, из него можно будет вытащить всю мякоть, вырезать окна и жить словно в замке. Просто сказка!
– И верно, тут твоя взяла, – улыбнулся Атим.
В какой-то момент воздух взорвался громким воем собак. Как правило это означало одно: где-то поблизости нарисовалась нескладная фигура смотрителя Салла. Местные собаки обожали старика и выражали свою радость посредством шумного облаивания. А если бы у них была возможность, то они бы еще и покусали его, чтобы вконец подтвердить свою искреннюю любовь.
– Драные горлодеры, переловить бы вас всех, да сварить в одном котле! – раздался из-за ближайшего забора брюзжащий голос. Вслед за голосом появился и его обладатель, высокий пожилой мужчина в сером плаще и шляпе из дешевой тряпки. В руке он держал неизменную трость с причудливым набалдашником, на которую опирался при ходьбе и иногда гонял ею надоедливых голубей.
– Ты чего здесь забыл, а? – незамедлительно отреагировал Салл, тыча пальцем в Атима Аллера.
– Доброе утро, господин смотритель, – вежливо произнес Юн. – Как ваше здоровье?
– Здорово, Барбин, – немного понизил тон Салл. К Юну он относился вполне сносно, хотя бы потому, что тот не доставял ему столько хлопот. – Что, Аллер снова хочет втянуть тебя в свои пакости?
– Нет, – честно ответил Юн. – Мы шли к пристани, купаться…
– А пакости к нам сами идут, мы их не ищем, – добавил Атим.
К счастью, Салл не обратил внимания на явное издевательство в свой адрес.
– Даже не смотри на лодки, я лично повесил замки на каждую и четырежды проверил, – злобно произнес Салл. – Ну ничего, уже на завтрашнем обеде ты пожалеешь о всех своих поступках…
– Обед? – не понял Атим.
– Ах, так ты еще не знаешь, – затрясся от счастья Салл. – Тогда поторопись домой, там тебя ждем приглашение на званый обед от самого вождя. Судя по всему, даже сильным мира сего твои бесконечные проделки встали поперек печени. Он наконец внял моим жалобам, и завтра я отыграюсь по полной…
Атим с Юном в непонимании переглянулись.
– Жду не дождусь, дорогой, жду не дождусь, – вкрадчиво произнес Салл, огибая ребят, шурша при этом подолом плаща по сухому гравию. – Жду не дождусь, – повторил он, оборачиваясь, после чего скрылся за поворотом под аккомпанемент сердитого лая. – Да заткнетесь вы когда-нибудь, брехливые дегенераты?!
Купаться они так и не пошли. Юн усвистел домой разбирать покупки, а Атим неспеша поплелся к себе, слегка раздосадованный. Если Салл не обманывает – да и с чего бы? – то завтра Атима ожидают неприятные сюрпризы. До сего часа Атим даже не предполагал, что вождь Даин знает о его существовании. А тут, раз – и званый обед! Было от чего прибалдеть.
