В нью-йоркском аэропорту Кеннеди Мэгги встретил пресс-агент Сил Гофф из «Сенчури пикчерс». Фоторепортеры засверкали своими блицами. Сид взял багаж Мэгги и повел ее к длинному черному лимузину, заказанному студией. Пока вещи укладывали в машину, газетчики забросали Мэгги вопросами. Мелькнула последняя вспышка, и автомобиль тронулся. Мэгги откинулась на спинку сиденья.
– Пусть эта суета вас не обольщает, – мрачно сказал Сид Гофф. – Вы можете не попасть в газеты.
– Что вы имеете в виду? – спросила Мэгги.
– Следующим рейсом прилетает Диана Уильямс. Похоже, завтра ее фотографии займут все газетные полосы.
– Она, кажется, снимается в телевизионном сериале, – сказала Мэгги.
– Диана внезапно отказалась от него ради участия в бродвейском шоу. Айк Риан подписал с ней контракт. В феврале начинаются репетиции.
Мэгги улыбнулась:
– Не беспокойтесь. Студии требуется внимание прессы лишь в день премьеры.
– Это вы так полагаете, – печально сказал Сид. – Если завтра ваши фотографии не появятся в газетах, я и без телефона услышу доносящиеся из Калифорнии вопли. Вам предстоит появиться на телеэкране – вы дадите интервью.
Он извлек из кармана листок с расписанием мероприятий, участвовать в которых должна была Мэгги.
– Затем вы сможете пожить в Нью-Йорке до четырнадцатого января за счет «Сенчури». Мы забронировали люкс в «Плазе» до двадцать шестого. Если вы решите остаться, сегодня же предупредите администрацию гостиницы.
Она просмотрела расписание, врученное ей Сидом.
– Кошмар, – сказала Мэгги. – Даже в Рождество я буду занята – я должна присутствовать на двух приемах.
– Джон Максвелл владеет большим количеством акций «Сенчури». Его квартира, расположенная на двух этажах «Ривер-хаус», будет набита влиятельными бизнесменами, но он любит знаменитостей и, несомненно, захочет видеть вас у себя. Вам обязательно следует побывать в «Форуме» – там соберется вся пресса. Этот прием Айк Риан устраивает в честь Дианы Уильямс.
– Я не хожу на приемы, – заявила Мэгги.
Сид Гофф уставился на нее так, словно он не поверил своим ушам.
Несколько минут они ехали молча. Затем Сид заговорил:
– Мисс Стюарт, ваш агент обещал «Сенчури», что вы примете участие в презентации фильма и поможете привлечь к нему внимание прессы. Речь идет о картине Карла Хайнца Брандта, которую он снял для «Ливинг арт продакшн». «Сенчури» намерена использовать эту вашу поездку в своих интересах. Они хотят сделать из вас звезду.
– Я это понимаю, – медленно произнесла Мэгги. – Я согласилась дать несколько интервью и появиться на телеэкране. Но я никому не давала обещания посещать приемы для держателей акций. Если мистер Максвелл хочет видеть меня, это обойдется ему в двадцать пять тысяч.
Сид Гофф, подавшись вперед, принялся разглядывать свои туфли.
– О’кей, мисс Стюарт, возможно, тут вы правы. Вы не обязаны идти к Максвеллу. Но на приеме в честь Дианы Уильямс будет много представителей прессы. Появитесь хотя бы там.
Она заметила озабоченность на лице Сида и сдалась. Это его работа, и потом, ее появление на приеме в честь Дианы Уильямс действительно способно принести пользу. Но уж к Максвеллу она точно не пойдет.
Поскольку до начала серии интервью Мэгги располагала четырьмя свободными днями, она пригласила в Нью-Йорк своих родителей. Она обеспечила их билетами в театры. Сид Гофф заказывал столы в ресторанах, лимузины, сдерживал поклонников. Отец и мать Мэгги вернулись в Филадельфию за день до Рождества, потрясенные той известностью, которую обрела их дочь.
В день Рождества Мэгги захлестнуло чувство одиночества. В ее номере стояли маленькая елка, купленная родителями, и горшочек с чахлым цветком – подарок от «Сенчури». Бесконечные рождественские песни только усугубляли ее тоску. Мэгги почти радовалась предстоящему приему в «Форуме» – у нее появится повод покинуть гостиничный люкс.
Сид Гофф позвонил ей в пять часов.
– Мы должны провести там один час, – сказал он. – А потом вы можете поехать к своим друзьям и делать, что хотите.
– А что будете делать вы, Сид? – спросила она.
– То же самое, что и вы, – отправлюсь к людям, которые мне действительно симпатичны. К жене и ее родным. Они пригласили меня на обед.
«Форум» был переполнен. Вспышки ослепили Мэгги. Пресс-агент Айка Риана попросил ее сфотографироваться с Айком и Дианой Уильямс. Ей еще не могло исполниться сорок лет, однако вид у нее был измученный. Худоба Дианы бросалась в глаза, а искусственная жизнерадостность актрисы граничила с истерикой. Она казалась слишком счастливой и экзальтированной. В руке Диана держала бокал с джином, слегка подкрашенным апельсиновым соком. Мэгги подошла к ней. Они обменялись дежурными комплиментами. Рядом с Дианой Мэгги чувствовала себя очень молодой и здоровой. Она испытывала к ней сочувствие. Диана находилась в центре внимания, но очертания людей расплывались перед ее усталыми глазами.
