Как только он увидел двух человек, Роя и Гульельмо, идущих по направлению к нему и держащих в руках что-то похожее на пистолеты, Рагуччи вдавил педаль газа в пол и помчал прочь по улице; такая выходка лишь еще раз убедила Роя в том, что тот и вправду киллер. Рой и его двоюродный брат запрыгнули в свой «кадиллак» и дали газу. Рагуччи, должно быть, подумал, что два каких-то психа пытаются его напугать. Он свернул с Уайтвуд-драйв и въехал на территорию соседнего района Амитивилль [110] – в безмятежный уголок, послуживший в свое время местом действия известной сцены ужасов.
Здесь «кадиллак» Роя нагнал машину Рагуччи. Одной рукой держа руль, другой – пистолет, Рой высунул оружие в открытое окно и несколько раз выстрелил в направлении едущей впереди машины. Молодой продавец пылесосов снова ушел вперед, но на протяжении нескольких следующих миль – проезжая на красный свет, лавируя между машинами и всевозможными препятствиями – все не мог стряхнуть их с хвоста. А они продолжали стрелять по его машине и уже разбили три окна.
В эти минуты словечко «ковбой», как Нино по обыкновению отзывался о Рое, пришлось бы как нельзя кстати. Рой палил на полном ходу, подвергая опасности жизни водителей и прохожих вокруг себя. Он попал в машину Рагуччи уже раз двадцать. Его кузен Дракула без устали перезаряжал пистолет и делал это в таком возбужденном состоянии, что пару раз продырявил пол. Тем временем погоня продолжалась уже в округе Саффолк.
На одном из оживленных перекрестков автомобиль Рагуччи врезался в другую машину. Несмотря на две пробитые шины и парализующий ужас, он умудрился двинуться с места и проехать еще пятьсот футов[111], прежде чем его машина заглохла. Рядом остановился «кадиллак» преследователей. Из него выбежал Рой, занял позицию для стрельбы в ближнем бою – точь-в-точь как в учебных полицейских фильмах, – открыл огонь и стрелял до тех пор, пока у него не закончились патроны. Семь пуль попали в верхнюю часть тела юноши. Он скончался на месте. У несчастного не было возможности даже попытаться бежать. Он так и остался пристегнут ремнем безопасности, с широко открытыми глазами, будто умер от испуга.
Незнакомец подошел к машине, заглянул внутрь, выключил двигатель и ушел. Сотни прохожих видели разные эпизоды трагедии, но в полицейских отчетах округа Саффолк сказано, что ни один не видел достаточно, чтобы можно было восстановить полную картину произошедшего. Некоторые свидетели сообщили, что стрелявший возвращался в свою машину с самообладанием палача.
– Если тот мужик не был копом, то я ничего не говорил, – добавил один из них, оказавшись гораздо ближе к правде, чем мог себе представить.
На следующий день Рой прочел в лонг-айлендской газете «Ньюсдей» репортаж об этой истории и понял, что совершил, как он сам выразился, «ошибку». Он поехал в Бруклин и сообщил Фредди, что ему «нехорошо», и попросил заделать дырки в полу «кадиллака». Позже он отдал машину Пэтти Тесте, который быстро продал ее в своем магазине.
Через несколько дней родители Рагуччи, оправившись от шока, предложили награду в пять тысяч долларов за любую информацию, связанную с делом. Бен Рагуччи, владелец местного магазина каминов и садовых принадлежностей, постоянным клиентом которого был Рой, с горечью констатировал, что мизерное количество свидетелей убийства его сына напомнило ему о другом постыдном убийстве, которое произошло в Куинсе, где он когда-то жил. Жертвой оказалась Китти Дженовезе[112], чья смерть стала памятником урбанистическому безразличию. На ее крики о помощи не откликнулся никто из окрестных жителей.
– Моя жизнь потеряла смысл, – сказал Бен Рагуччи. – Как, черт возьми, такое вообще могло случиться?
На самом же деле у полиции округа Саффолк имелась хорошая зацепка, о которой сообщил один из свидетелей. Джон Мерфи, следователь отдела по борьбе с автопреступлениями Управления полиции Нью-Йорка, обнаружил ее, прочитав репортаж в «Ньюсдей», и сказал другому полицейскому: «Бьюсь об заклад, тут не обошлось без ребят из Канарси. Это их рук дело».
Мерфи позвонил следователю из Саффолка и спросил:
– Не всплывало ли в вашем расследовании имя Пэтти Тесты?
Ответ детектива показал, что одержимость этим Пэтти вовсе не была у Мерфи необоснованной: свидетель заявил, что на машине, из которой стреляли, был транзитный номер (такие номера присваиваются продавцами автомобилей), и даже запомнил его. Этот номер удалось отследить до автомагазина «Патрик Теста Моторкарз», который, как назло, ранее сообщил начальнику канцелярии губернатора штата о краже номеров.
– Так вот что они делают: сообщают о краже номеров и спокойно перевешивают их на другие машины! – сказал Мерфи.
– Мы полагаем, что это не исключает ни его причастности, ни его непричастности к расследованию, – ответил следователь на том конце провода.
Мерфи повесил трубку, одолеваемый мыслями о том, что в округе Саффолк, в котором за год совершалось столько же убийств, сколько во всем Нью-Йорке за неделю, никогда не раскроют это дело. И он был прав.
