На следующий день Мьюриел рассказала Джейми об этих звонках. Он отправился в киоск и вернулся с газетой «Дейли Ньюс». Не объясняя матери, что он ищет – заметку о перестрелке с участием кокаиновых дилеров, он проштудировал газету от первой до последней строчки, затем сам сделал несколько звонков. Через несколько часов Мьюриел ушла по делам. Вернувшись, она обнаружила, что Джейми исчез – как оказалось, навсегда. Он улетел в Нью-Йорк выяснить, что́ произошло с его отцом и другими участниками событий, и оказался очередной жертвой метода «Джемини».
Двумя днями позже Мьюриел Пэдник позвонила Рою в «Джемини Лаундж». Ее муж оставил ей номер телефона и инструкции: позвонить его хорошему другу Рою, если ей будет что-нибудь нужно.
– Что-то случилось, и я не понимаю что, – сказала она Рою. – Джейми пропал, Чарли пропал, а я не знаю, что делать. Чарли уехал в Нью-Йорк. Думаю, Джейми тоже.
– Я приложу все силы, чтобы выяснить, что происходит, – солгал Рой. – Не волнуйтесь.
Тем временем во Флориде еще один из людей Эль Негро известил родственников, что все, кто отправился в Нью-Йорк, скорее всего, мертвы. Эль Негро лично позвал брата Серрано на тайную встречу в полумраке комнаты и, держась в тени, сказал: «Обещаю тебе, я с этим разберусь».
Мьюриел Пэдник больше не звонила Рою, но он вряд ли взял бы трубку, потому что его внезапно накрыла гораздо бо́льшая проблема, чем взволнованная жена и мать.
Ведя переговоры во Флориде относительно сделки, Крис допустил непростительную оплошность. Она явилась прямым следствием его страстной привычки представляться как Крис Демео и хвастаться незнакомцам, что его отец, Рой, был большим человеком в Бруклине. Рисоваться таким образом перед Серрано было не страшно, потому что Серрано находился уже на полпути к могиле; ошибкой было предположить, что поставщиком кокаина является Серрано, а не Эль Негро, которому Серрано передал всю информацию перед отъездом в Нью-Йорк.
Худшим из возможных совпадений для Роя и Криса было то, что Эль Негро знал кое-кого, кому было известно о «семье» Демео в Бруклине, – Паса Родригеса, торговца кокаином, «осчастливливавшего» Мэтти Регу и Доминика Монтильо.
Из-за того, что Доминик не уточнял, кто именно скрывался за термином «бруклинские контакты», предоставившие девяносто шесть тысяч долларов ссуды, которую Пас взял несколькими месяцами ранее (эти деньги при ином развитии событий, скорее всего, пошли бы на финансирование сделки с Эль Негро), Пас не знал Нино, Роя или кого-либо из банды. Однако он сказал Эль Негро, что два покупателя кокса, регулярно бывавших у него на квартире, наверняка знают, кто в Нью-Йорке способен на такое предательство, особенно из бруклинских.
– Можете выяснить, кто этот Крис Демео? – спросил Пас, когда Доминик, ничего не знавший о последних убийствах, пришел вместе с Регой на квартиру Паса. Передавая ему клочок бумаги с написанным на нем именем, Пас добавил:
– Он устроил сделку, и пять человек пропали без вести. Два еврея, три кубинца. Одна из них – женщина. Она была матерью сына моего друга, моего главного поставщика. Он хочет голову этого Криса.
По взгляду Реги Доминик предположил, что Рега уже сказал Пасу, кто такой Крис. Рега все еще имел на Криса зуб из-за той бесцеремонности, с какой Крис собирал платежи по займам Роя. Также Доминик предположил, что Крис, скорее всего, и замешан в исчезновении пятерых человек в ходе кокаинового налета. Он решил держать язык за зубами, пока не поговорит с Нино.
– Не знаю никакого Криса Демео, но проверю.
Уезжая от Паса, он был крайне удивлен тем, что Крис, этот обожатель Роя, мог столь безответственно отнестись к своим словам, организуя столь ответственное ограбление. Затем он вспомнил, как Крис ухмылялся, говоря об убийстве Дэнни Грилло; вспомнил и свое предсказание, сделанное в разговоре с Генри, о том, что Крис «когда-нибудь выроет себе могилу», – и мысленно улыбнулся. Если этот день настанет, мир станет чище. Приехав домой, он доложил Энтони Гаджи, что принес дурные новости.
– Что еще натворили эти сраные ковбои?
– Похоже, они подставили кучу людей и завалили их, и теперь некоторые кубинцы во Флориде рвут и мечут.
Нино велел Доминику ехать к Рою и выяснить все подробности. Рой, однако, уклонился от встречи и порекомендовал Доминику «притормозить» кубинцев, пока он точно не узнает, что́ произошло.
Ни Нино, ни Доминик ни на секунду не сомневались, что Рой уже знает, что́ произошло, и, более того, был замешан в этом лично, но Нино велел Доминику все же попытаться «притормозить» кубинцев. На следующий день Пас сообщил Доминику:
– Они там во Флориде очень обеспокоены и отправляют сюда людей.
Узнав об этой прямой угрозе, Рой заявил, что Крис использовал его имя без его ведома и что Джоуи и Энтони тоже были в этом замешаны.
– Это наш Карибский кризис, наш залив Свиней, – проронил Доминик. – Мне нужно им что-то сказать, или они начнут стрелять.
Разговор с Нино происходил в закусочной через дорогу от «У Томмазо». Услышав отмазки Роя и предостережение Доминика, Нино распорядился:
– Идите и скажите им, что это был Крис.
