Вирта хмыкнул, пробурчав под нос: «Как поэтично», Манис же продолжила переодеваться в задумчивости. Слова простой работницы участка раздачи показались ей разумными, но одновременно далёкими и пока не до конца понятными. В Разнане живёшь иначе — там ты постоянно чего-то ждёшь. Если ты мыслишь по-другому — ждёшь расплаты, если много работаешь — ждёшь повышения и улучшения уровня жизни, если подошёл нужный девичий возраст — ждёшь замужества, родился во внешнем круге — ждёшь, когда подвернётся возможность перебраться во внутренний. И постоянно всего боишься. Боишься, что не получишь нужную работу, что свяжешь свою жизнь не с тем человеком. Жителей внутреннего круга бросает в дрожь от одной мысли о падении их семьи, потере всех средств и уважения общества. Внешнекруговцы опасаются другого — остаться в нищете навсегда и не иметь возможности подняться. Получается, что Тулсаха другая?
— А чего вы конкретно боитесь? У вас же должны быть какие-то… страхи? — не унималась Манис.
— У меня? Да, есть один. Боюсь из-за вас двоих не успеть к ужину, который сегодня приготовит моя чудесная невестка.
Женщина громко рассмеялась, а мелькнувшая в соседней комнате девчонка-помощница подхватила её смех, добавив фразу на островитянском.
— Ладно, хватайте корзины и идите-ка за велосипедами, так будет проще добраться до ваших домов, они же, скорее всего, в резервной части.
Недовольный новым образом Вирта и погрузившаяся в размышления Манис, снова оказались на улице. Новый мир на глазах становился смешным и несуразным, едва ли о его существовании можно было подозревать. Наверно, именно поэтому подобное место до сих пор существует, а магам нет до него никакого дела.
С момента исчезновения из города Манис и Вирты прошло больше месяца, и настроение в доме Викъянко ощутимо переменилось. Намрата не верила в кончину дочери, ведь ни тела её, ни самолёта не нашли, но и не отрицала, что его просто могло унести течением. К тому же огромных трудов и средств стоило нанять поисковое судно с командой, в состав которой входило порядка пяти магов. Всё могло обойтись дешевле и быстрее, если бы Мурхо, друг Ло, поспособствовал этому. Однако владелец лодочного завода, как и многие другие жители внутреннего круга, после того вечера оборвали с Викъянко все связи. Ло, конечно, не верил в предательство, объясняя поведение Мурхо бытовыми заботами и финансовыми проблемами, но факт оставался фактом — когда получить ощутимую выгоду от дружбы с домом Викъянко оказалось невозможным, Мурхо бесследно исчез с горизонта.
Намрата вместе с Читой застилала диваны гостиной тканями, готовясь к очередному приёму, когда через главные двери в дом вошёл посыльный — невысокий мужчина в берете и сумкой через плечо. Намрата подняла глаза и сразу поняла, что очередной раз отправленные приглашения вернулись с отказом.
— Все до единого? — лишь спросила она.
Посыльный коротко кивнул и вытащил из сумки толстую стопку бумажных приглашений, столь популярных во внутреннем круге.
— Мне так жаль, госпожа, — тихо произнесла Чита, мягко взяв хозяйку дома за руку.
— Стоило ли ожидать чего-то другого, — произнесла Намрата, обращаясь скорее к себе, нежели к экономке. — Ладно, сообщи Ло, что вечер отменяется.
Намрата бросила ткань и пошла к лестнице, испытывая невыносимое желание побыть в одиночестве.
— Хозяйка, я почти уверена, что это недоразумение. А вообще, слышала, что в мире кризис, люди затягивают пояса, может… — попыталась подбодрить Чита.
— Да чушь всё это. Я не глупая и не слепая. Заказы на заводе мужа сократились вдвое, Правида забрали в офис магической безопасности, наш дом перерыли маги — мы в опале. Не за горами разорение. Возможно, нам вообще придётся переехать в другой город. Видишь, Чита, как зыбко наше положение. И не только наше. Одна ошибка, одно неверное слово или действие — и всё, ты враг номер один. Ни твои деньги, ни ранние связи не помогут, ведь ты нарушил закон, установленный магом. А самое печальное во всём этом то, что моя дочь не сделала ничего плохого.
— Госпожа, — зашептала Чита, призывая Намрату последовать её примеру и снизить тон. — Не говорите подобных вещей. Маги — это наше благо. Не многим дано владеть великой силой, создавшей мир. Мы должны верить им, уважать.
Намрата остановилась, посмотрела на экономку одновременно снисходительно и огорчённо, как смотрит мать на доверчивое дитя.
— Я дорожу тобой, Чита, но подобная наивность иной раз пугает. Магия — это сила и власть. Благом она становится лишь для тех, кто ей владеет. Нам остаётся одно— мириться с таким положением вещей, ведь сделать мы ничего не можем.
***
Нис Пакса вышел из дома ещё до рассвета — только экономя на сне он мог совмещать две работы сразу. Сначала ферма с её скотом и засеянными полями, потом завод с его жаром, литейными формами и постоянно движущимися конвейерами.
