О ситуации узнала служба Верховного мага, и теперь Ние Трана вызывали на ковёр. Самоуверенный Трана, в противовес коллегам, не чувствовал трепета или страха по отношению к Верховному магу, его интересовал лишь карьерный рост. Он видел себя рядом с Джаду Халнаиком в качестве первого советника. Поэтому все те несколько раз, что они виделись, Ние старался вести себя в высшей степени уважительно, но без чрезмерного раболепства.
Лифт, украшенный золотым декором и росписью, казалось, поднимался целую вечность. Ние сопровождал его младший помощник — симпатичный парнишка лет двадцати — и сотрудник Башни, встретивший контролёра, по приказу службы Верховного мага.
Ние рассматривал сюжеты, изображённые на стенах лифта, подумывая обзавестись чем-то подобным в своём кабинете. Преклоняющиеся перед магами люди в тонких тряпицах вызывали у него неподдельное удовольствие. Парнишка же, разинув рот, вглядывался в широкое окно позади — оттуда открывался прекрасный вид на чистые парковые зоны Центральной башни. По выложенным плиткой дорожкам, вдоль цветников и каменных фонтанов, гордо шагали высокородные маги. Парень хотел было спросить у начальника, что они там делают, ведь рабочее время в самом разгаре, но вовремя передумал, к счастью для себя решив, что главному контролёру вряд ли понравится подобный вопрос.
Лифт, движимый магической энергией, плавно остановился, бесшумно отворив двери. Гостей встретили белоснежные гладкие кафельные полы, буквально въедающиеся в глаза яркой белизной. Пустынность и гнетущая тишина, разбавляемая лишь едва ощутимой магической вибрацией, как бы заставляли гостей идти медленно и осторожно, опасаясь нарушить установившийся здесь покой.
Работник Башни провёл присутствующих по длинному коридору, мимо скульптур, вторящих сюжетам, изображённым в лифте, ваз с размашистыми красными цветами и огромных абстрактных картин на стенах. Каждая деталь коридора была призвана убедить гостей в статусе места и его обитателей. Любой внешнекруговец испытал бы стойкое чувство благоговения и подавленности, окажись он здесь.
Сопровождающий опередил Ние и его помощника, чтобы быстро отворить тяжёлые позолоченные двери в конце коридора, после чего низко поклониться и так же бесшумно исчезнуть из поля зрения гостей.
Внутри зала, не менее величественного, чем коридор и лифт, их ожидала миниатюрная секретарша. Волосы её были гладко зачёсаны назад, строгое приталенное платье аппетитно облегало выдающиеся формы. Увидев красавицу, Трана плотоядно облизал губы.
— Верховный маг ждёт. На полу будет отметка — дальше неё заходить не нужно, — холодно сообщила девушка, тут же потушив пожар в груди главного контролёра.
Гости проследовали за секретаршей к очередным дверям, которым, казалось, здесь не будет конца. Тонкой рукой она толкнула одну из створок, и та легко поддалась.
— Молодой человек пусть останется здесь, — произнесла она, стоило Трана сделать шаг.
— Это мой помощник.
— Верховный маг ждёт только вас, господин Трана.
Ние не стал спорить, да и какой в этом был толк — помощник явно ничем не поможет в переговорах. Трана хотел лишь отвлечь Верховного мага симпатичным юнцом.
Вопреки ожиданию внутри главного зала царил полумрак. Получился контраст светлого лифта, коридора и, своего рода, передней с местом, где по обыкновению трудился Джаду Халнаик. Самого же мага, даже при плохом освещении трудно было не заметить — он занимал своим грузным телом бо́льшую часть полутораметрового рабочего стола. Его выбеленное лицо с редкой седой бородкой, словно луна, выделялось на фоне тёмной стены позади. На его голове, прикрывая тонкие волосы, плотно сидел капюшон, вышитый золотой нитью, а туловище пряталось под широкой белой мантией. Из под мантии торчал твёрдый воротник мужского черного платья, полы которого выглядывали из-под стола.
Ние уверенно прошёлся через зал, но вспомнив о метке, остановился, попытавшись отыскать ту на полу.
— Ближе не нужно, — голос Верховного мага звучал глухо, но в то же время достаточно властно, чтобы гостю не хватило храбрости ослушаться.
Ние слегка поклонился и замер в ожидании.
— До меня дошёл слух, что отпрыск одной из семей внутреннего круга в обход действующих законов и магии занимался конструированием самостоятельно движущихся аппаратов.
Халнаик говорил очень медленно, буквально растягивая слова на гласных, что не могло не нервировать Ние, привыкшего к быстрой смене темы и обстановки.
— Не совсем так, — отозвался контролёр, скрывая неудовольствие, — мы лишь нашли дневники со схемами и записями. К слову, мы их уже сожгли. Пока не доказано, создавала ли Манис Викъянко аппараты, обозначенные в записях, или только хотела этим заняться.
— И где же она? Ваша Манис Викъянко, — тон Халнаика сменился, теперь явно чувствовалось его недовольство. Одной рукой он махнул в сторону графина с вином, который стоял в противоположном углу зала. Графин тотчас дёрнулся и, ведомый магией, поплыл в сторону Халнаика.
