Избавляясь, первое время, от навязчивых мыслей, Манис брала у Пелара больше работы и теперь возвращалась домой даже позже Вирты. Заставая его спящим, она ненароком вспоминала минувший вечер на крыше. Для Вирты тулсахская жизнь текла иначе, даже её рассказ о роженице не шокировал разнанца. Он видел в обретённом мире больше пользы и смысла, чем в старом, и был склонен принимать изъяны острова такими, какие они есть, ведь здесь они оправдывали себя.
Манис без устали гоняла велосипед, и в какой-то момент тот выразил недовольство в виде поломки пары спиц на заднем колесе. Пелар отправил её к местному мастеру, что трудился в восточной части города, предложив оставить велосипед у него, а самой уйти с работы раньше.
Медленно бредя по пустынной улице, Манис любовалась укрытым облаками небом. Сквозь растрёпанные куски белых гигантов пробивались ослабшие лучи вечернего солнца. Когда им удавалось вырваться из плена, они припекали неприкрытую голову Манис и заливали светом всё кругом.
Возле дома мастера Манис заметила воспитанников одной из нескольких тулсахских школ. Их возглавляла та же пожилая дама с тростью, которую Манис видела в первый день на аллее около центральной площади.
Речь наставницы звучала чисто, несмотря на почтенный возраст. Она с чувством рассказывала об истории мастерской и её назначении, параллельно сообщая девчонкам и мальчишкам лет десяти, какие знания им понадобятся для становления здешним подмастерьем. По лицам детей Манис понимала, что такая перспектива в подавляющем большинстве радовала мальчиков. Девочки, хоть и старались внимательно слушать, то и дело непроизвольно зевали, прикрываясь крохотными ладошками.
Манис уже узнала от Пелара, что воспитанием и обучением детей в Тулсахе занимаются определённые люди. Наставники и наставницы выбирались из числа самых справедливых, честных и добрых жителей города, имеющих за плечами огромный опыт работы на благо общества. Семьям детей в период воспитания отводилась лишь роль моральной поддержки. Матери и отцы не должны были лезть со своими советами, а если даже и возникала необходимость, то они, прежде всего, обращались к наставнику. Авторитет выбранных лиц не подвергался сомнению, по словам Пелара воспитатели и учителя Тулсахи — это исключительно светлые люди. Нет, они не были лучше тех же родителей, но благодаря их опыту и мастерству, они с уверенностью могли направить энергию каждого ребёнка в нужное русло. Наставники искали особый подход, создавая личностей без отрыва от общества и его порядков.
Увидев Манис, женщина громко и с улыбкой поздоровалась, а следом за ней приветствие повторили и ученики. Манис, как и принято в Тулсахе, улыбнулась и кивнула в ответ.
Закатив велосипед в боковой вход мастерской, тот, что использовался для доставки грузов, Манис почувствовала до боли родной запах. Вспомнилась собственная комната с её мусором на полу, инструментами в ящиках и самолётом, что теперь почил на дне океана. В дальнем конце, за столом, освещаемом одной лампочкой без абажура, провод от которой тянулся куда-то под землю, работал мужчина лет пятидесяти. На груди у него болтался широкий фартук, на лбу, прикреплённые тугой резинкой, пеньками торчали увеличительные окуляры. В отличие от большинства тулсахцев, мужчина имел плотное телосложение и крепкие мускулистые руки.
Рядом с мастером крутился молодой парнишка. Выгибаясь тростинкой, тот постоянно заглядывал мужчине через плечо, чтобы понаблюдать за интересующей его работой, а иногда ещё и уточнить, не нужна ли помощь подмастерья.
Присутствие Манис выдал характерный скрип велосипедного колеса. Мастер оторвал взгляд тёмных глаз от заваленного различной мелочовкой стола и вопросительно уставился на гостя.
— Приветствую. Чем могу? — быстро произнёс он низким хриплым голосом.
— У меня спицы сломались. Можете починить?
— Могу. Поставь вон там, справа. Видишь место?
Манис огляделась и поволокла механического коня, куда ей указали.
— Долго ждать? Мне лучше домой уйти? — решила уточнить Манис.
—Ну, если он тебе срочно нужен, починю хоть сейчас, да, собственно, Ятри и починит.
Парнишка оживился, включил соседнюю лампу, как раз ту, под которой стоял велосипед, и с налаженной методичностью сначала осмотрел колесо, а потом занялся починкой, периодически отходя к заваленным расходными материалами полкам.
Захламлённое помещение напоминало плохо организованный склад, но Манис не хотела уходить отсюда, старый магнит в душе пришёл в действие и её тянуло к маслянистому запаху и инструментам. Такого количества вентилей, проводов, болтов, пластиковых трубок, резиновых прокладок и прочих ремонтных приспособлений — ей ещё не приходилось видеть.
— Откуда у вас столько деталей? Из соседних городов? — не удержалась и спросила она.
— Что-то из соседних, а что-то с древних складов, — не отрываясь от работы, ответил мастер. Присутствие Манис, как и её пытливость, по-видимому, его совершенно не смущали.
— Древний склад? Впервые слышу. Где это?
