— Если не ошибаюсь, это сердце. Дед рассказывал о подобном. Называется инфаркт. Мой совет — ищите деньги и сразу с утра к магу. Плюньте на очередь, просто завалитесь туда, иначе долго она не протянет.
— Да к чёрту очередь! Пойду к мерзавцу домой!
Нис порылся в шкафу, выудил оттуда небольшой сундучок с накоплениями, сунул его под мышку и побежал на улицу, бросив соседке: «Посидите с ней!»
Номер дома местного мага-лекаря он помнил смутно, знал точно только сторону, в которую нужно идти. Во внешнем круге построили целый район для магов, наверно, чтобы с местной челядью им не приходилось пересекаться.
Нис увидел высокий металлический забор с охранником магом на воротах, поэтому решил обойти огороженный участок с восточной стороны и уже там перемахнуть через преграду, забравшись на здание соседнего дома. Внешнекруговцы сторонились таких районов, никто не желал связываться с магами, отчего подобной наглости со стороны Ниса даже охранник ожидать не мог.
Оказавшись в ухоженном саду за оградой, Нис присмотрелся к зияющим дырам окон, те с укором глядели прямо на него, словно не желая подсказывать, в каком именно доме живёт лекарь.
Обходя прогулочные дорожки и красивые резные лавки, Нис прошмыгнул к первой парадной двери, прячущейся за ещё одними воротами, но уже пониже. К великой удаче дома района были подписаны. Не именами, конечно, но должностями. Так уж сложилось, что во внешний круг маги не рвались, но тех, кого высылали из внутреннего круга, отправляли жить в подготовленные заранее жилища, как раз и располагающиеся в данном районе. Маги храма жили в одних домах, лекари и руководители мелких внешнекруговских предприятий — в других. Здесь же расположились семьи магов общественной безопасности, что патрулировали местные улицы. Как сказали бы на рынке не без тени сарказма — «весь цвет внешнего круга».
Нис перебегал от дома к дому, всматриваясь в золочёные таблички с элегантной гравировкой, пока не увидел на одной из них «маг-лекарь». Перескочив очередную преграду и затоптав пару цветков в палисаднике, Нис подбежал к парадной двери. Из дверной коробки свисал тонкий шнур от колокольчика, который тотчас разбудил своим звоном спящий дом мага, стоило Нису дёрнуть за него.
На втором этаже в приоткрытом окне загорелся свет, должно быть, проснулся сам маг, ведь обычно его домочадцы используют масляные лампы или свечи, пока тот трудится «на благо внешнего круга». Последовало недовольное бормотание и громкие шаги.
— Кто?! — уже возмущались за дверью.
— Мне срочно нужна ваша помощь! — закричал в ответ Нис.
Дверь резко распахнулась, и на пороге показался суровый бородатый мужик в ночном платье.
— Кто такой? — зло процедил он.
— Я из внешнего круга, и моей матери срочно нужна ваша помощь, — ненавидя себя за выбранный молящий тон, произнёс Нис.
— Всем нужна! — рявкнул мужик. — А мне ещё нужен сон! Записывайтесь завтра во внешнем круге и…
— Вы не понимаете, она умирает. Прямо сейчас, в нашем доме.
— Какое мне дело, кто у вас там умирает. Это мои законные часы отдыха. Какого чёрта вы припёрлись! И как охрану прошли? — глаза лекаря сузились. — Вы это что, проникли на территорию без спроса? Так я вас сейчас живенько сдам.
— Погодите. Вот! Видите? Деньги, — Нис распахнул сундук с накоплениями перед лицом мужика, а тот лишь отпрянул назад.
— И что болит у вашей матери? Мозоль? За эти пэйсы только мозоли лечить. Убирайтесь отсюда!
Снова гнев овладел Нисом. Он захлопнул сундук, размахнулся и стукнул им лекаря прямо по макушке. Не ожидая подобного обращения, маг охнул и, споткнувшись, рухнул на спину.
— Ну, сволочь, — только и сказал он, после чего тело Ниса взмыло в воздух и повалилось на землю с такой силой, что парень едва ли мог пошевелиться.
— Где твоё милосердие, чудовище, — прохрипел Нис, склоняющемуся над ним магу.
— Как где? Вот же оно. Другой бы тебя, оборванец, давно сдал бы властям, а я и сам управлюсь. Вали к себе домой и чтобы духу…
После этих слов, магия подхватила Ниса и понесла вдоль ночных дворов за пределы огороженного района. Там сила лекаря ослабла, а сам он вернулся в дом. Нис краем глаза заметил, как потух свет в широком окне.
Чудом избежав встречи с охранником, Нис прыгнул в садовые кусты. Спина его жутко саднила, ныло предплечье на правой руке, и пульсировал болью затылок. Нис медленно перелез через забор и побрёл между привычных серых домов, сжимая никчёмный ящик со скромными сбережениями.
Небо над ним начало светлеть, наступало утро. Слишком долго он бродил по внешнему кругу, слишком долго сидел в том ресторане. Вернувшись в убогую лачугу, Нис обнаружил мать с головой укрытую старым затхлым покрывалом. Одна рука её безвольно свисала с кушетки, вторая пряталась под тканью, так и оставшись на груди.
