Пришлось повиноваться. Я смотрела вслед удаляющейся Шейле. Вдруг боль исчезла, стало легко, будто не было раны в груди, будто не лежал на полу окровавленный кинжал. Я поднялась, и от тела канцлера отделилась черная тень.
— Ты, лживая тварь! — Голос Тьмы слышался уже не в голове, а на самом деле. Шейла обернулась. В её глазах взметнулся страх.
— Нет, не может быть! — взвизгнула она.
— Ты знала, что он — хранитель. Теперь он слаб, и никто не помешает мне поглотить твою душу.
Тьма рванулась вперед, впиталась в тело Шейлы. Принцесса захрипела, забилась, оседая на пол.
— Нет! — крикнула я. — Не надо! Пусть её судят по закону, но не так.
— Заткнись! — шевельнулись искривленные губы Шейлы. — Ты не можешь его защитить, так я смогу.
Тело Шейлы сотрясалось от конвульсий, а затем из глаз, носа, ушей полилась кровь. Я зажала рот руками, чтобы не завопить от ужаса. Забилась в угол и смотрела, как то, что еще минуту назад было девушкой, превращается в пепел. А затем, когда лишь серый налет остался на полу, темная полупрозрачная фигура выпрямилась в полный рост. Тьма была красива. Пылающий взгляд, черные, змеящиеся волосы, белое лицо. Она подошла ко мне. Я тихо заскулила, стараясь отползти, но было некуда. Тьма опустилась на колени, опустила ладонь на рану в груди, из которой уже не лилась кровь.
— Тише, девочка, — улыбнулась она. — Ты нужна мне живой. Живой, слышишь? Тише.
И даже кровь исчезла с моей одежды, будто никакой раны и не было. Я дрожала. Тьма обняла меня за плечи.
— Ничего. — Она гладила меня по волосам. — Ты храбрая девочка, Лесса. Ты справишься, обязательно справишься. Поднимайся и уходи. Спеши к Эдмонду. Давай же!
Я поднялась. Ноги не желали слушаться. Темная гостья шагнула ко мне. На миг стало очень холодно — и темно. А затем пришла пустота. Не было ни боли, ни страха. Я, не чувствуя тела, вернулась в соседнюю комнату, забрала собранные вещи и спустилась по лестнице на первый этаж. Откуда-то зная, куда идти, свернула в черный ход. В лицо ударил ночной ветер. На конюшне ржали лошади. Жди меня, Эдмонд Лауэр. Я иду. Нет, мы идем.
Вскоре городские улочки остались далеко за спиной. Забавно — я надеялся, что путь до столицы промелькнет быстро. Но стоило нам появиться где-нибудь, и тут же начинали происходить странные события. Вот и теперь — зачем мы везем с собой незнакомую девушку, осужденную за отравление? Зачем мне вообще понадобилось её спасать? Но не оставлять же на погибель. Сама Констанса странно притихла. Я только ощущал спиной её дыхание, да руки, крепко обхватившие талию. Наверняка, ей нехорошо после таких испытаний. Но времени останавливаться и спрашивать не было. Времени вообще не было, судя по всему. Иначе как объяснить приказ короля задержать меня?
Иногда Вендена было воистину сложно понять. Я украдкой вздохнул. Мысли в голове роились самые разные. Пытался ухватить хоть одну за хвост — и они летели врассыпную. Сколько мы проехали? Была ли за нами погоня? Где мы вообще находились?
— Есть хочется, — расслышал голос Феона. — А едой мы так и не запаслись.
— Что предлагаешь? В города теперь въезжать опасно, — откликнулся я.
— Деревушка виднеется, — указал он на ряд домов далеко слева. — Может, вы подождете в лесочке, а я схожу за едой? Чтобы привлекать меньше внимания.
— Главное, вернись оттуда, — хмыкнул я.
— Вернусь, не беспокойтесь, леди, — усмехнулся Феон.
Точно, леди. Об этом факте я тоже умудрился забыть. Даже привык к телу Лессы. Оно оказалось не таким уж неудобным, только недостаточно тренированным. Чуть больше бы физических качеств — и было бы куда лучше.
Феон оставил нам лошадь и поспешил к деревне, а мы с Констансой свернули в лесок у обочины. Я спрыгнул первым. Девушка сидела ни жива, ни мертва. Протянул ей руку, и она соскользнула на землю. Пока привязывал лошадей, чтобы снова не месить пешком грязь, она забилась в нишу у корней дерева и затихла.
— Ты в порядке? — Сел перед ней на корточки.
— Да, — прошелестел сорванный то ли плачем, то ли криком голос. — Спасибо, что спас.
Спас? Я отпрянул.
— Подожди! — Констанса потянулась ко мне. — Не бойся, я не выдам. Просто вижу, что тело одно, а душа — другая. Как тебя зовут?
— Лесса. Физически. — А её дар куда сильнее, чем я думал.
— А на самом деле?
— Можно Эд.
— Хорошо, Эд. — Она мягко улыбнулась. — Ты не удивляйся, я просто вижу чуть больше, чем другие. Но ты же понял это на площади, правда?
— Да. — Мне оставалось только согласиться. — Но Феон не знает, при нем молчи… обо всем.
— Обещаю.
Мне она нравилась, эта девушка. Как младшая сестра, которая жила где-то, не ведая, что я тоже еще жив. Было в ней что-то теплое и светлое. Хорошо, что не дал её казнить. Сейчас бы жалел.
— Как ты очутилась в руках законников? — спросил я.
