— Деревушка глухая. С радостью продали все, о чем просил. — Феон расстелил на траве свой плащ и выкладывал на него сыр, хлеб, вареное мясо. Рот тут же наполнился слюной. Так я добавлю Лессе не только обрезанные и спутанные волосы, но и пару лишних килограммов. Или даже не пару. Ели мы быстро и молча. Затем Феон расспрашивал Конни о том же, о чем не так давно спрашивал я. Она отвечала, я еще раз прокручивал в уме её ответы. Если что-то и казалось странным, так только то, что она жила одна. Но ситуации бывают разные. Моя семья тоже очень далеко. Феон вон тоже один с некоторых пор. Поэтому мысли медленно уплыли с новой знакомой на проблемы куда более важные. Например, закон об отмене индекса. Венден там что, рехнулся? Или Лесса настолько вжилась в мою роль, что убедила короля согласиться? При этом я не верил, что Ден не заметил изменений в поведении старого друга. А если заметил — зачем поддается? Ведет свою игру? Каша, сплошная каша и сумятица. Я словно снова и снова двигался по кругу. Вырваться бы, да только как?
— Лесса, ты что, спишь с открытыми глазами? — Долетел до меня голос Феона. В присутствии Констансы он распушил перья, как большой павлин, и, кажется, осмелел.
— Нет, — ответил я.
— Тогда почему не отвечаешь?
— А какой был вопрос?
— Констанса спрашивает, сколько приблизительно добираться до столицы.
— Если повезет, и нас ничто не задержит, то суток трое, — ответил я. — Но я сомневаюсь в подобном везении.
— Не наговаривай, — отмахнулся Феон.
— А ты не строй Конни глазки.
— Что? — Феон сорвался с места, но поскользнулся и упал обратно на траву.
Мы хохотали до колик в животе. Я давно так не смеялся. Много, много лет. А сейчас это казалось простым и понятным. Будь я не в теле Лессы, а в своем собственном, наверное, и вовсе бы отказался возвращаться в столицу. Что меня там ожидало? Государственные дела? Советы министров? Выходки Вендена? Попытки женить? А здесь все было просто и понятно. Прожил день — уже хорошо. Два — просто замечательно. Вот бы так продолжалось вечно…
— Нам пора, — сказал, когда приступ смеха немного утих. — Иначе мы точно не доберемся до столицы. Предлагаю на ночь остановиться где-нибудь у дороги.
— Холодно, — поежился Феон. — Не та погода, чтобы ночевать под кустом.
— Меня ищут, — напомнил я. — И вас обоих тоже. Поэтому сворачивать куда-то больше не станем. Остановиться можно будет завтра вечером в Браунте. Все равно его никак не объедешь. Делать лишний крюк не будем.
— А с каких это пор ты одна все решаешь?
— У тебя есть другие предложения?
Пусть Феон и видел перед собой хрупкую девушку, но, уверен, он ощущал дух соперничества, который иногда возникает между мужчинами. Да и я не старался вести себя как-то особенно. Не до того было. Наши взгляды скрестились. Я не применял магию, Феон не мог её применить. И все-таки он отвел взгляд первым.
— Да ладно вам! — вмешалась Конни. — Феон, Лесса права, нас ищут. Особенно меня, я ведь для них так и осталась преступницей, а вы меня спасли. Так что безопаснее обходить людей стороной. Не знаю, как вы, а я больше не хочу оказаться в тюрьме. Это очень, очень страшно.
Я — идиот. Понял это только тогда, когда Конни обхватила себя руками за плечи. Осень, холодно, а на ней — все та же длинная сорочка, в которой мы похитили её с площади, и мой плащ. Не тот наряд, в котором комфортно находиться. Вздохнул, укорил себя за глупость и развязал дорожный мешок. Спасибо Сиане — там хватало вещей еще на одну девушку.
— Вот, — передал ей теплое платье и едва не отправившиеся на помойку чулки, — переоденься.
— Спасибо, — Конни солнечно улыбнулась. — Я совсем замерзла.
Теперь понял и Феон. Запыхтел, как чайник. Похоже, он проникся к Конни симпатией. Опальный сын предателя и девушка, обвиненная в убийстве — чем не пара?
— Что не так? — тихо спросил Феон, пока Конни переодевалась за ближайшими деревьями.
— Может, это мне стоит спросить?
— Лесса!
— Что? — Будь я в мужском обличии, мы бы уже подрались, а так только сверили друг друга взглядами. — Феон, нравится тебе ходить гоголем перед Конни — ходи. Но не теряй разума. Нам нужно в столицу. Или ты передумал? Если так, я с удовольствием отправлюсь дальше одна, а вы найдите какое-нибудь убежище и надейтесь, что канцелярия никогда не доберется до вас.
— Извини, — Феон опустил голову. — Был не прав.
— Ничего страшного, пока это не стоит нам жизни. То, что простительно здесь, в столице может стать губительным. Помни об этом.
— Иногда ты так странно говоришь, — заметил Лейсер. — Будто не девушка, а государственный деятель на трибуне.
— Тебе кажется, — ответил я. — А вот и Конни! Собирайтесь, нам пора в путь.
На этот раз Конни поехала с Феоном. Я не возражал. Раз уж эти двое заняты знакомством, послежу за дорогой, чтобы обошлось без неприятных сюрпризов. Лошади бежали ровно. Вокруг тянулись голые равнины. А сердце не покидала тревога. И чем ближе мы подъезжали к столице, тем сильнее она становилась. Что не так? А в том, что нечто было не так, я не сомневался.
