В прошлом веке был момент откровения, когда в ходе джихада мы нашли рычаг и смогли больно ударить их. Вахабиты и шииты, контролировавшие нефть, подцепили на крючок западное общество, вечно жаждущее энергии. Но через некоторое время появились другие ископаемые источники топлива — и были они не от Аллаха. А потом они открыли эту термоядерную штуку и заставили работать на себя. Но если Божий ветер еще силен в сердце и душе, — продолжал он, — мы снова сумеем заполучить утерянный рычаг для борьбы с ними. Мы захватим электростанцию, остановим ее, разрушим и погрузим в темноту целый сектор их Восточного побережья от Коннектикута до Делавара. Это объяснит им, в чем смысл власти.
— А Гарден? Он для чего нужен?
— Он объяснит мне, в чем смысл власти.
— Если сможет.
— Если он действительно тот человек, как ты утверждаешь, то сможет.
— Но зачем было привозить его сюда?
— Разве найдешь лучшее место, чтобы испытать его? Ит-найн возьмет его в группу захвата. Мы поставим его в самое уязвимое место. И тогда посмотрим.
— Но ведь он может победить тебя.
— Ненадолго. Когда-то я его уже победил, а сейчас я старше на множество жизней. Пока он скакал — как называется эта игра? — чехардой сквозь века, я проделал долгий путь. И много узнал с тех пор, как мы с Томасом в последний раз сошлись в этом мире.
— Но ты все еще не научился пользоваться Камнем.
— Я знаю больше, чем ты думаешь.
— О? И что же ты знаешь, мой господин?
— Камень подвержен влиянию электромагнитного поля. И он имеет измерение…
Там, за воротами, собака повернула голову на запад, словно ее позвал невидимый хозяин. Она подняла лапы, сделала шаг в том направлении, но потом все же повернула обратно и вновь уставилась на машину. Где-то далеко было принято решение. Собака взвизгнула и бросилась вдоль забора.
— Можно начинать, — сказал Хасан, распахивая дверцу.
Он подошел к багажнику.
— Что ты собираешься делать?
— Открыть ворота. — Хасан достал пусковое устройство и принялся устанавливать треножник. Из грузовика начали выпрыгивать люди Хасана.
Он извлек из багажника ракету и установил в пусковом устройстве.
— Ты не хочешь подойти к воротам поближе? — спросила она.
— Нет.
Хасан выбрал цель, совместив крест видоискателя с львиной головой на замке, которая отчетливо выделялась в последних янтарно-красных лучах солнца.
Пфутт! Пусковое устройство выбросило хвост желто-белого дыма.
Боевики бросились на землю, прикрывая головы руками. Хасан не отводил взгляда от видоискателя.
Львиная голова исчезла.
Когда Гарден снова очнулся, руки и ноги его уже окрепли, хотя и затекли от неудобной позы. Во рту чувствовался привкус металла, возможно, от снотворного, но голова была ясная.
В фургоне стояла кромешная тьма, должно быть, уже наступила ночь. Не меньше Восемнадцати часов прошло с тех пор, как его похитили в бассейне «Холидей-холла». Чего только не произошло за это время: он мчался на катере, карабкался по балкам заброшенного дома, прятался в дюнах под полуденным солнцем, дрался насмерть с женщиной нечеловеческой силы и ловкости и трясся на полу фургона. Все это время он ничего не ел, не имел возможности умыться и облегчиться. Он чувствовал себя каким-то заскорузлым и опустошенным. Еще недавно новая и добротная одежда прилипла к телу. Его буквально тошнило от собственного запаха… Но что он мог с этим поделать?
А ничего. Просто не обращать внимания.
Том встал, пригнувшись в последнюю секунду, чтобы не стукнуться о низкий потолок. Подошел к переднему окошку и выглянул наружу.
Кабина была пуста. Через ветровое стекло проникал слабый свет от скопления огней. Видимо, километрах в трех отсюда находится небольшой городок. Впрочем, мгновение спустя он сообразил, что эти огни более яркие и расположены более упорядоченно: скорее, это походило на комплекс невысоких производственных строений.
Поскольку больше смотреть было не на что, Гарден начал изучать комплекс.
Комплекс был огромен. Всего мгновение понадобилось Гардену, чтобы связать орнамент огней воедино: желтые натриевые прожекторы, зеленоватые флюоресцентные пещеры комнат за окнами, мигающие красные огни предупреждения самолетов, белые полосы коридоров и переходов.
Сначала он предположил, что один и тот же цвет, а возможно, и уровень освещенности, служит одинаковым целям. Затем прикинул яркость и расстояние, как это делают астрономы. Ближайшие огни находились всего в километре и располагались в поле его зрения равномерно. Они вспыхивали и гасли через равные промежутки времени. Это были прожекторы, установленные вдоль ограды и предназначенные для обслуживания охранной видеосистемы. Даже в самом слабом режиме свечения эти огни забивали или заслоняли другие, более дальние. Оценив расстояние до линии прожекторов и измерив на глаз длину ограды, он вычислил протяженность комплекса. Получилось не менее трех километров. А длина, судя по яркости самого дальнего огня, достигала километров четырех.
