Сегодня за ужином, действительно, произошло забавное совпадение, которое также внесло свою лепту в атмосферу хорошего настроения. Изабелла и Зорро, не сговариваясь, появились к столу в одинаковых костюмах: девушка одела свою зеленую амазонку, а молодой человек – рубашку, точно такого же зеленого оттенка. Казалось, что молодые люди намеренно заказали свою одежду у одного портного и предупредили, чтобы он сделал ее похожей, а он не придумал ничего нагляднее, чем применить один цвет. Кери тут же начала нашептывать Изабелле на ухо о том, что они с Зорро начинают одинаково мыслить, и о том, что они чудесно смотрятся вместе, в результате чего получила несколько незаметных толчков под столом и закопалась в свою мисочку с паэльей, с трудом сдерживая неоднозначное подергивание бровей и томные взгляды.
- Спой еще что-нибудь, – тем временем, с придыханием попросила Керолайн.
- Надо подумать, – сосредоточенно произнес Линарес.
- Может, стоит еще раз посмотреть по сторонам? – с хитрым взглядом задрала хорошенькую головку фрейлина и призывно обратила вдаль взор своих сияющих глаз.
Линарес моментально воспринял намек и взял гитару в руки:
- Баллада о прекрасной сеньорите.
Кери закусила губку и вцепилась в руку Изабеллы.
Может, именно для этого нужно было, чтобы тринадцать лет назад произошло то нападение?..
Рикардо и Керолайн были созданы друг для друга, но как бы они встретились, если бы не та страшная ночь?
Изабелла смотрела на свою светящуюся подругу и понимала, что совершенно ни о чем не жалеет. Кери всю сознательную жизнь была ее несокрушимым оплотом. Единственным человеком, которому она могла открыть душу. Если бы не она…
- А еще что-нибудь? – услышала она сквозь плавные поток своих воспоминаний голос подруги.
Неужели Рикардо уже успел спеть свою балладу? Изабелла перевела вопросительный взгляд на брата и увидела, что он, действительно, перестал играть.
Кажется, она опять начала теряться во времени…
- До меня доходили слухи, что ты неплохо поешь серенады, – между тем, послышался голос Линареса.
- Тебя дезинформировали, – раздался вызывающий в груди трепет бархатный баритон.
- Ну, пожалуйста, – тут же присоединилась к диалогу высокая звенящая интонация Керолайн.
Изабелла ничего не видела. Перед глазами стало пусто и темно. Неужели они сейчас будут упрашивать его что-нибудь спеть?
- Боюсь тебя огорчить, но я далеко не так искусен, как Рикардо.
- Но гитара у тебя для чего-то висит, – снова возник Линарес.
- В качестве украшения.
- В подсобке? Не смеши меня.
- Она была не нужна, поэтому пришлось ее убрать.
- В твоем доме нет места ненужным вещам, – давил Рикардо.
- Ну, пожалуйста, – уже почти шептала фрейлина.
Изабелла никак не могла прогнать ватную темноту из своей головы.
- Играй, – потребовал Линарес и, судя по звукам, протянул гитару в сторону Зорро.
Как он может говорить с ним в таком тоне?
- Ну, хоть один куплет, – пламенно просила Кери.
Она никогда не стала бы так настаивать... Что с ними со всеми случилось сегодня?
- Мы ждем.
- Очень-очень.
Они хоть понимают, с кем говорят?! Если они рассердят его? Что тогда будет?
- Хочешь, я тебя объявлю?
- Или я?
Он молчит. Надо срочно что-то предпринять.
Если бы только хоть немного освободиться из этого мрака...
- Ну, же?
- Рикардо уже спел, теперь Ваша очередь.
Надо одернуть Керолайн. Только руки онемели...
- Тебя уже все просят.
- Изабелла, поддержи нас!
Они оба сошли с ума.
- Зорро!
- Ну, Зорро.
Сейчас они выведут его из себя и тогда...
И вдруг что-то, звеня и переливаясь, устремилось вверх в дрожащий призрачный воздух, унося с собой в небо божественный голос, сильный и тихий, проникающий в самую глубину души.
Перебор гитары или мотив певца – невозможно было разъединить в сознании это слияние, незримо превращающееся в звуки замершей вокруг лунной ночи. Казалось, природа перестала дышать, чтобы не пропустить ни единой ноты чарующей повести о прекрасном ангеле, превращенном за ослушание в одинокого демона, могущественного, но обреченного на вечные страдания от воспоминаний о неразделенной любви, послужившей причиной отчуждения с небес...
Все исчезло, все стало ненастоящим. Весь мир растворился. Все ее мысли, все ее желания, все порывы. Все рассыпалось у его ног. И свет и тьма, и высокое небо с безбрежным океаном, и вся ее жизнь, и возвращение на эту землю – все существовало только в его голосе, в его руках, в его движении, в его ритме...
О, сколь многое сейчас можно было отдать за то, чтобы он прикоснулся к ее заледеневшей руке и согрел своими объятиями и дыханием... Чтобы хоть на миг почувствовать его тепло и ласку...
- Он так и остался один? – задрожал голос Кери.
- Если ты придумаешь продолжение, возможно, он снова будет счастлив, – улыбнулся молодой человек, накрывая рукой последний трепет струны.
Он давно перестал петь, но его голос, подхваченный легким ветром, все еще брезжил над кронами деревьев, вновь и вновь напоминая историю тысячелетней давности.
- Скажи, – внезапно произнес Рикардо, – ведь этот демон – ты?
- Да, – ударил в голову его ответ.
- А кто та девушка, из-за которой тебя прогнали с неба?
