Придя к выводу, что единственный шанс спастись — это залезть на дерево и постараться увидеть усадьбу сверху, Даша приблизилась к обледенелой берёзе и, подтянувшись, попробовала вскарабкаться на нижнюю ветку. Ноги заскользили по стволу, пальцы моментально примёрзли к коре. Тем не менее, несмотря на боль в ладонях, недавно пострадавших от родной ёлки, она повторила попытку и сумела взять первую высоту. Дальше пошло проще — ветки росли часто, и лезть по ним было бы одно удовольствие, если бы не прискорбные обстоятельства и многочисленные снежные шапки, которые каскадом обрушивались на её голову.
Вскоре девушка достаточно отдалилась от земли и смогла оглядеться. Усадьбы видно не было, но слева начинался какой-то просвет, судя по всему обозначавший местонахождение любимой гостиницы. На всякий случай присмотревшись и к другим направлениям, Даша ничего похожего больше не заметила и решила, что двигаться надо именно туда. Спускаться с дерева оказалось значительно неприятнее, чем подниматься: подошвы ботинок скользили по обледеневшей поверхности, уставшие руки то и дело срывались, потенциальное падение грозило оставить её без единого здорового участка на теле.
Еле-еле съехав вниз, девушка с сожалением покосилась на вновь ободранные ладони и поспешила в выбранном направлении. Но не успела она покинуть полянку, как поняла, что больше не одна.
Он приближался медленно, неторопливо перебирая ногами снег и сжимая в руке пистолет. На оружие Даша сразу обратила внимание, потому что на фоне серебристо-белой природы оно смотрелось безжизненной чёрной корягой и здорово притягивало взгляд. Некоторое время пистолет её буквально гипнотизировал, не давая шевелиться, но едва девушка отошла от первого потрясения, как начала пятиться к спасительной берёзовой рощице за спиной.
В личности человека, который на неё покушался, хозяйка усадьбы больше не сомневалась. Именно он предложил ей встретиться в злополучной оранжерее, именно он проводил там огромное количество времени, занимаясь неизвестно чем, именно он сейчас идёт по её следу с оружием и очевидными намерениями. Оставалось только удивляться, зачем надо было играть со своей жертвой, демонстрируя фальшивые эмоции и пламенные порывы. Неужели лишь для того, чтобы заманить её на место взрыва?
Вот отчего Ульяна относилась к нему с таким подозрением. Должно быть, она что-то чувствовала, но не знала, как сказать, боялась, что подруга ей не поверит. И она не поверила бы. В тот момент — уж точно.
— Даша! — заорал Никита, пока её не заметив. Кричал он артистично, будто и в самом деле беспокоился.
Девушка замерла, не решаясь двигаться, и с тоской взглянула на рощу, в которой с таким комфортом можно было бы укрыться. Деревья от этого, разумеется, не приблизились, и Даша надеялась только на то, что мужчина пройдёт мимо, не обратив на неё, застывшую на краю поляны, внимания. Из-за холода пребывание на одном месте становилось невыносимым: хозяйка усадьбы ощущала, что постепенно превращается в ледяную мумию, которая наверняка сделалась бы второй после популярного святого источника достопримечательностью.
Никита немного побродил по поляне, выискивая следы, махнул на них рукой и снова заорал. В голосе было столько тревоги и страха, что она едва не покинула своё пристанище. Всякое ведь может быть, вдруг это — не он? Однако на сей раз здравомыслие оказалось сильнее чувств, и Даша осталась стоять, безмолвно вознося молитвы всем известным богам. Увы, они были глухи.
— Даша! — с удивлением воскликнул мужчина, наконец её увидев. — Ты что молчишь?
Она отступила на полметра и напряжённым голосом выдавила:
— Не смей ко мне приближаться.
— Почему? — Он послушно замер, но весь облик выражал крайнюю степень непонимания.
— Почему?! — взорвалась девушка. — Ты ещё спрашиваешь? Не хочешь для начала отдать мне пистолет?
Никита действительно вытянул руку с оружием вперёд и направился к ней. Моментально пожалев о своей просьбе, Даша наконец достигла рощи и начала лихорадочно соображать. Можно броситься прочь, но какова вероятность, что назойливый постоялец её не догонит? По следам уж точно вычислит, он в этом мастер. И сколько ей предстоит плутать по ночному зимнему лесу? Пока не останется в нём навсегда? Нет, это всё не подходит. Значит, нужно постараться договориться.
— Зачем ты это сделал? — светским тоном поинтересовалась девушка, хотя уже с трудом могла изъясняться членораздельно.
Никита остановился совсем близко, вогнав её в дрожь почище любого мороза, и протянул пистолет. Со стороны это походило на жест доброй воли, но Даша не верила уже ничему.
— На кой он мне?
— Это новогодний подарок, — очень спокойно сказал Никита. — Я хотел его тебе отдать, чтобы в случае чего ты могла защититься, но как видишь, не успел. Бери, только не нервничай.
Девушка неуверенно подставила руку и ощутила, как в ладонь легла тяжёлая ледяная сталь. Она сразу же почувствовала себя уютнее, однако в целом это мало что меняло.
— Ты сказал ждать в оранжерее.
— Сказал, — со вздохом подтвердил мужчина и стянул свой свитер. — Надень, а то до больницы доиграешься.