Извозчичьи кареты, наподобие той, которой правил Чжинки, обычно нанимали лишь те, кто мог позволить себе излишнюю роскошь в виде закрытых повозок и мягких сидений в них, обитых дорогими тканями. Иными словами — богачи. — Пошел грабить честных граждан, а меня не позвал?
— Арендовал, Ки, арендовал, где же еще я мог его добыть?
— На аренду тоже нужны деньги.
— Взял в счет заработка.
— Что? Всего? — шокировано открыл рот Ки.
— Нет, конечно, — Чжинки поглядел на брата, как на умалишенного. — Буду выплачивать половину.
— В течение какого времени?
— Что за допрос? — насупился старший брат. — Думаю, с месяца два-три. Потом сумма снизится.
— А все это время на что мы жить будем?
— На то же, на что и раньше, — раздосадовано буркнул Чжинки. — Заканчивай бухтеть.
— Хочу — бухтю, не хочу — не бухтю. Ты мне не указ.
— “Бухчу”, Ки.
— Да какая нах…рен разница?! Я уже целую неделю не могу наесться, между прочим.
— А я говорил тебе, что жизнь в столице — это тебе не огород вскопать. Хочешь жить — умей вертеться. Голод терпеть тоже умей, — покачал головой старший брат.
— Да уж мне ли это не знать, — пробурчал расстроенный Ки.
— Пойми, с таким экипажем мне удастся в более короткий срок добыть нужную нам сумму. С экипажем для середняков я умаюсь, рабочий народ вообще обычно пешком ходит. А тут по слухам даже иногда перепадает сверх меры. Вроде чаевых. Богачи — транжиры, грех этим не воспользоваться.
— Ой-ой-ой, расчетливый Чжинки — это что-то новенькое, — издал Ки короткий, но обидный смешок. — Неужели тебе, человеку без гроша в кармане, сделали такой подарок? Целая карета! Беднякам не дают отсрочек.
— Ну… — замялся Чжинки. — Я же не просто бедняк…
— А, ну конечно! Ты же у нас бедняк со связями. Как я мог забыть?! — саркастически закатил глаза юноша.
— Оставь свой издевательский тон для своих клиентов, — проворчал Чжинки.
— Оставлю твои дурацкие тайны на твою совесть, — фыркнул младший.
— Ты мне лучше скажи, что надумал делать с этим зав. кафедрой? — резко перевел Чжинки тему. — Не нравится мне этот товарищ. Темнит он.
— Да, этот хрычовник еще тот лизоблюд. Кого-то прикрывает, — задумчиво протянул Ки. — Или что-то. Свою задницу, например.
— Думаешь, взятка? — Чжинки сильнее стиснул вожжи.
— Уверен, здесь не обошлось без денег, — кивнул юноша. — Не верю я, что Тэмина вот так просто проэкзаменовали, да еще и после основного потока. Туда талантливые-то детишки из семей со средним достатком с трудом попадают, а уж детдомовскому оборвышу с не бог весть какими… — Ки повернул голову и наткнулся на суровый взгляд. — Ну, хорошо-хорошо, всего лишь неплохо умеющему обращаться с инструментом, тем более не протиснуться.
— Не принижай его достоинств. Тэмин потрясающе играет.
— Да-да, — махнул рукой Ки, уже отчаявшись переманить брата на свою сторону.
— Значит, взятка, — подытожил Чжинки. — Тот загадочный человек постарался, я так думаю.
— М-м, скорее всего, — Ки прикусил губу, глядя на дорогу перед собой. Этот загадочный человек уже начинал его нервировать, хотя он даже в лицо его ни разу не видел.
Мимо, не спеша, проплывали магазинчики, летние террасы кафе, люди торопились по своим обеденным делам, иногда бросая чуть удивленные взгляды на лица двух братьев. Карета поднимала пыль, отчего и Чжинки, и Кибом изредка заходились в приступе чихания. Чжинки отстраненно созерцал окрестности, не забывая поглядывать на лошадей, Ки же покачивал ногой в такт стуку колес по мостовой. Полуденное солнце било в их спины и пекло незащищенные головы. Впрочем, добирались до нужного места братья недолго, поэтому не успели пропариться в своей душной одежде.
— Ты заедешь во двор или здесь посидим?
— Давай здесь посидим, — предложил Чжинки, подумав немного. — Мало ли, вдруг кому-то понадобятся мои услуги?
Ки с готовностью кивнул. Он и не ждал, что Чжинки согласится поесть в кафе. Расходы в виде оплаты даже за пятиминутную стоянку кареты в специальном дворе, прилегающем к кафе, в данный момент были необдуманным расточительством. Он спрыгнул с козел и направился к входу в заведение, оставив брата задумчиво глядеть на цветник, разбитый у летней террасы.
Даже несмотря на перспективу дополнительного заработка, Ки решил не тратить на покупку обедов свои деньги, а продолжать работать на кухне по выходным. Хорошенько обдумав и взвесив свое решение, он пришел к выводу, что заработанные на возможных лечебных сеансах деньги он вполне мог пустить на что-нибудь другое, более полезное.
А если говорить начистоту, он не верил в то, что эти сеансы вообще когда-либо состоятся. Люди вроде его утреннего клиента имели обыкновение забывать о своих словах, необдуманно сказанных в порыве благодарности или каких-либо иных положительных эмоциях людям, не имеющим веса в обществе. Таким, как он, Ки. Или вновь сработает закон подлости, и боли, мучающие этого человека, мучить его вдруг перестанут, как по волшебству. А может быть, вмешаются какие-либо иные обстоятельства. Всякое может случиться. Вследствие этого Ки не мог рассчитывать на какие-то мифические деньги, получение которых еще вилами на воде писано.
