Жан-Поль уверенно вел ее под руку. Ни единым взглядом, словом, мимикой или жестом он не намекнул ей о том, о чем другие намекают и требуют почти сразу. Это подкупало.
Виктория вдруг остановилась. Жан-Поль выжидающе посмотрел на нее.
- Ты живешь один? - вдруг спросила она.
Он кивнул.
- Тогда пошли к тебе, - просто и уверенно, будто так и надо, сказала Виктория.
Когда она уходила из дома, Адель уже спала. С ней оставалась нянька. Виктории захотелось отвлечься. Заполнить внутреннюю пустоту, которая никак и ничем не заполнялась. Хотелось почувствовать себя любимой.
Жан-Поль не выказал особого удивления, лишь странно, печально улыбнулся.
- Пошли, - сказал он, беря ее за руку и увлекая в нужную сторону.
После Виктория сама себе удивлялась. Будь она на родине, то никогда бы такого не предложила случайному знакомому, да еще первая. Почему-то там всегда думаешь в первую очередь о маньяках и других опасных людях, а одиноких просто не замечаешь. А между тем одиночество читается по взгляду.
Жан-Поль привел ее в уютную квартирку. Они снова разговорились, выпили вина.
- Обними меня, - попросила вдруг Виктория, отставляя бокал.
Ни слова не говоря, Жан-Поль ласково обнял ее и медленно, нежно поцеловал в губы. Она с удовольствием ответила на его поцелуй. Откинувшись на диван, Виктория закрыла глаза. В этот момент она ни о чем не думала. А жаркие поцелуи говорили о взаимно вспыхнувшей между ними страсти.
2
Прошло три года. Адель росла, Виктория привыкла к своей жизни. Ее давние парижские знакомые из мира моды даже устроили ее на работу. Благодаря красивому лицу и все еще отличной фигуре она снималась в качестве фотомодели для различных реклам, а сходство с голливудской актрисой Николь Кидман добавляло ей востребованности.
Интрижка с Жан-Полем затянулась на целых три года. Но Виктория, как и обещала себе, влюбляться не хотела и не собиралась. Она держалась на расстоянии и несмотря на все усилия, терпение и явные чувства с его стороны, не спешила это расстояние сокращать. Она не кормила его обещаниями, не давала никаких надежд. Виктория решила вести с ним открытую и честную политику, на какую и заслуживал подобный человек. Но он, тем не менее, не терял надежду и не отчаивался. Оказалось, что несмотря на некоторые свои негативные качества, которые Виктория с возрастом научилась в себе замечать и принимать, она была однолюбкой. В сердце ее навеки поселился один мужчина, все же остальные теперь были только призраками по сравнению с ним. Виктория и не подозревала в себе таких сильных и долгих чувств. Один раз познав любовь, она так и не смогла разлюбить.
- Когда ты познакомишь меня со своей дочерью? - как-то раз спросил Жан-Поль, когда они ужинали на веранде ресторана, откуда виднелась Триумфальная арка.
Виктория посмотрела на него взглядом, ясно говорившем о том, что ей неприятен этот разговор.
- Зачем? - только и сказала она.
- Понимаю, ты не хочешь, что бы она привыкала ко мне, - начал Жан-Поль. - Но все-таки... Мы уже три года встречаемся, я тебе не раз предлагал замужество. Тебе не кажется, что наши отношения зашли в тупик, крутятся по кругу, не развиваются? Я люблю тебя... и хочу быть с тобой всегда.
- Я тебя не держу. Если хочешь, давай расстанемся. Лично меня все устраивает.
Виктория спокойно пила кофе с макарунами.
- Но ведь я вовсе не о том! - воскликнул Жан-Поль, выходя из себя, что бывало с ним крайне редко. Виктория могла вывести из себя самого спокойного человека. - Я не хочу с тобой расставаться!
Затем взяв себя в руки, продолжил:
- Ты боишься за дочь, я понимаю. Но ведь я готов удочерить ее.
- Это ты сейчас так говоришь. Зачем кому-то чужие дети, объясни мне?
Жан-Поль улыбнулся.
- Если мужчина любит женщину, ее ребенок не помеха. Запомни это. Будь хоть у нее пять детей, если мужчине нужна именно эта женщина, он, не задумываясь, примет и ее детей.
Он помолчал.
- Другое дело, что ты меня, видимо, не любишь, - печально проговорил он. - Все остальное сплошные отговорки. Твое сердце занято другим... и давно.
- Вот и ответ на твой вопрос.Но так ведь нельзя жить?! - не выдержал Жан-Поль, снова теряя терпение.
Виктория взяла его за руку, лежавшую на столике.
- Я не хочу об этом больше говорить, - сказала она.
- И все же, уверен, что твое мнение со временем переменится, - заключил Жан-Поль.
- Посмотрим, - неопределенно ответила Виктория. - Ты же знаешь, я не хочу вселять в тебя напрасные надежды. Если тебе надоест, только скажи. Я не обижусь.
- Действительно, не будем пока об этом говорить, - сказал он и привлек к себе Викторию для поцелуя.
В Париж пришла осень. В этот день стемнело рано, так как дождевые тучи заволокли все небо. Прохладный ветерок кружил в своем вихре опавшие листья. Накрапывал мелкий дождик.
Виктория, кутаясь в плащ, по привычке шла к Эйфелевой башне. Она прошла карусель с лошадками, утопающую в желтых листьях. Сейчас она была пуста и никого не катала. Виктория на минуту залюбовалась очаровательным, спокойным зрелищем.
