Масоны у власти полностью

Офирскую...», в котором читатель без особого труда узнает Россию, а в экскурсах М.М. Щербатова в историю Офира — историю России. Не случаен и выбор названия произведения, так 1сак именно в библейский Офир совершил, согласно масонско-!j*y преданию, свое путешествие Хирам — легендарный строить Соломонова храма. Особого внимания заслуживает описание М.М. Щербатовым религиозных представлений и обрядов ^кителей Офира в духе т. н. «естественной религии». Характерно, что центральное место в религиозной символике офирцев занимает не крест, а круг или солнце, в то время как собственно христианская символика отсутствует. Такие же, по существу, масонские принципы излагает М.М.Щербатов и при описании государственного устройства Офира, представлявшего собой, как И следовало ожидать от просвещенного масона 2-й половины XVIII века, конституционную монархию с некоей Поместной ■палатой, объединяющей высшую законодательную и судебную власть.

Таков он был, масонский идеал русского аристократа эпохи свещенного абсолютизма и апогея крепостного права в Рос-[ второй половины XVIII века.

Говоря об известных масонах екатерининского царствова-нельзя не упомянуть и о А.В. Суворове, хотя, казалось бы, УДно представить себе эту кипучую и такую русскую натуру в Исоне ком фартуке. Посвятили его, судя по всему, еще в 1750-е (ложа «Три звезды»). В 1761 году он был посвящен в «шот-цские мастера» в ложе «К трем коронам» в Кенигсберге, ко-рая входила, в свою очередь, в розенкрейцерскую систему во аве с ложей «Трех глобусов» в Берлине⁷⁹.

Несмотря на явное недовольство императрицы, масонство в сии переживало в конце 1770-х и первой половине 1780-х

явный расцвет. Масонов в это время, по крайней мере в Москве и Петербурге, можно было встретить чуть ли не везде: в императорском совете, сенате, университете, Академии художеств, Государственном заемном банке, полиции, суде и т. п. По самым скромным подсчетам в сравнительно небольшой исторический период (вторая половина 1760-х — 1780-е годы) в стране функционировало не менее 96 масонских лож⁸⁰. Любопытна динамика внедрения отдельных масонских систем в России в 1770— 1780-е годы:

1775 год — 13 лож первого Елагинского союза и 18 Рейхеле-вых лож

1777 год — 18 лож Елагинско-Рейхелевого союза 1780 год — 14 лож Шведской системы 1783—1786 гг. — 14 (только явных) лож розенкрейцерских 1787—1790 гг. — 22 ложи второго Елагинского союза и не менее 8 розенкрейцерских тайных лож (теоретических собраний)⁸¹.

Согласно донесению князя А.А. Прозоровского Екатерине II, в 1792 году в России было не менее 800 масонов⁸². Те же цифры приводит и его современник, ритор ложи «Трех знамен»⁸³. Общее же число масонов за весь период его существования в России во второй половине XVIII века гораздо больше. «Принимая в среднем по 35 человек на ложу (цифра, очевидно, скорее низкая, чем высокая), получаем для сотни лож, какую, вероятно, можно было насчитать в годы масонского расцвета (конец 1770-х — начало 1780-х годов) — не менее 2500 человек», — считал Г. В. Вернадский⁸⁴.

Однако другой исследователь, О.Ф. Соловьев, ссылаясь на данные А.Н. Пыпина⁸⁵, пишет всего о 93 масонских ложах последней трети XVIII века, распределявшихся по десятилетиям следующим образом: 1770-е годы — 54; 1780-е — 35; 1790-е — 4. Г.В. Вернадский, по его мнению, сильно завысил цифры. На самом деле общая численность масонов в XVIII веке вряд ли превышала одну тысячу человек⁸⁶, считает он. Согласно же самым последним данным, общее число их приближается к шести тысячам⁸⁷. А это уже целая армия, учитывая их высокий социальный статус и положение в тогдашнем русском обществе.