Масоны у власти полностью

Конечно, осведомителями Департамента полиции вышеупомянутые «братья» скорее всего не были. Но вели они себя по меньшей мере неосторожно, поскольку не считали нужным скрывать свою принадлежность к ордену вольных каменщиков. А об интервью Е.И. Кедрина и говорить нечего. На Западе, уверял он читателей газеты «Русское слово», в особенности во Франции, масоны никогда не были так могущественны, как в настоящее время. «Черносотенцы стараются уверить, что освободительное движение в России вызвано масонами. Это совершенно неверно, к сожалению. Говорю «к сожалению», потому что при участии масонов движение получило бы совершенно другую окраску и было бы гораздо более могущественным»¹. Собственно, с этой целью — резко усилить натиск антиправительственных сил на самодержавие — и создавалась, как мы знаем, с помощью «братьев» из Великого Востока Франции масонская организация в России. Однако публично, во всеуслышание подчеркивать опасность связи французского масонства с освободительным движением в России — это для масона было, конечно же, чересчур.

Гнетущую атмосферу масонских лож той поры хорошо передает в своих мемуарах Д.О. Бебутов. «Мне часто приходилось замечать, — пишет он, — что между братьями нет настоящей близости, без чего масонство обречено на смерть. Из Москвы все чаще приходили сведения, что все очень недовольны Баженовым, кото-

рый недостаточно конспиративен и часто чрезмерно болтлив. Кем-то получено сведение, что Жихарев на подозрении у социалистов-революционеров. По этому случаю был назначен суд, который не нашел ничего подозрительного и даже пожалел Жихарева, который был искренне этим потрясен. Затем многих стала пугать систематическая травля в черносотенной прессе против жидомасонов кадетов... Словом, начало создаваться какое-то прекращение занятий»³.

Наконец, после получившего широкую огласку скандала, связанного с иском к Алексею Орлову-Давыдову, на котором, собственно, все и держалось с финансовой точки зрения, со стороны артистки Пуарэ по поводу необходимости признания им своего внебрачного ребенка, ложа «Полярная звезда» стала разваливаться буквально на глазах. О том, какого накала достигли споры в масонской среде этого времени, красноречивее всего говорит следующий факт. В конце 1909 года «братья» М.С. Мар-гулиес и П.М. Макаров ни с того ни с сего потребовали у князя Д.О. Бебутова показать им его французский масонский диплом. Д.О. Бебутов показал и тут же горько пожалел об этом. Взбешенный П.М. Макаров выхватил из рук владельца злополучный диплом и тут же, на глазах изумленного Д.О. Бебутова разорвал его⁴. А ведь, казалось бы, интеллигентный человек, инженер. Все дело в том, что П.М. Макаров подозревал в Бебутове провокатора.

Уверенность в наличии провокации была настолько распространена в масонских ложах Москвы и Петербурга, что, например, один из лидеров русского политического масонства Н.В. Некрасов не удержался, чтобы не заявить об этом даже в своих показаниях в НКВД 1939 года, указав на Д.О. Бебутова и М.С. Маргу-лиеса как на лиц не только нечистоплотных в моральном отношении, но и прямо опасных для масонов по их связям с царской охранкой⁵.

Однако современные историки масонства (А.Я. Аврех⁶, В.И. Старцев) не поддерживают эту версию. Суть конфликта, по мнению В.И. Старцева, была в том, что в отличие от Н.В. Некрасова и его единомышленников, смотревших на масонство как на действенный инструмент борьбы с самодержавием, старое поколение русских масонов в лице Д.О. Бебутова, М.С. Мар-гулиеса и других крепко держалось за морально-нравственные основы учения вольных каменщиков⁷. Отсюда и конфликт между ними. А подозрения в отношении ряда «братьев» в их прово-каторстве, кстати, ничем и никогда не подтвержденные, — это уже закономерное следствие наметившейся среди масонов розни. Нечего много и говорить, что большинство «братьев» были на стороне Н.В. Некрасова и его сторонников. «Старики» вроде Д.О. Бебутова и Е.И. Кедрина, упрямо придерживавшиеся принципов «нравственного» масонства, им только мешали. Отсюда