Масоны у власти полностью

бецкой, М.М. Херасков, князь Г.А. Щербатов, И.А. Поздеев. Кроме Москвы, где у Провинциальной ложи состояло в подчинении 11 младших лож, были учреждены еще и ложи в Казани, Симбирске и Могилеве.

В том же, 1784, году, еще при жизни И.-Г. Шварца, московские розенкрейцеры учредили еще один масонский центр — ложу теоретического градуса, или степени, как своего рода подготовительный класс или переходную ступень к масонству высших розенкрейцерских степеней. Великим мастером здесь был князь Ю.В. Трубецкой, наместным мастером — князь В.В. Долгорукий, ритором — Н.И. Новиков, обрядоначальником — О.А. Поздеев. Теоретический градус был второй степенью ордена (первая была — «юниорат», она шла за 4-й степенью обыкновенного масонства — «шотландский мастер»). Третьей степенью . ордена была «практика», 4-й — «философа». Последняя, 9-я степень — «мага». Всего «теоретических братьев», согласно показаниям Н.И. Новикова, данным им в 1792 году, было не более 60 человек. Согласно современным оценкам, цифра эта может быть увеличена до 85 человек. «Смотрение» над братьями осуществляли «главные надзиратели»: И.П. Тургенев, И.А. Поздеев, &3Я. Корнеев (в Орле), А.А. Ленивцев, В.И. Остолопов (в Волосе) и С.И. Гамалея (в Москве)²⁹. В высшие же розенкрейцерские степени были посвящены очень немногие русские братья — где-то около 20 человек: Н.И. Новиков, С.И.Гамалея, князь Н.Н. Трубецкой, И.А. Поздеев, И.В. Лопухин и другие.

В конце 1783 года, в самый разгар масонских «работ», связан-*Ных с организационным становлением ордена, неожиданно забо-'^вает И.-Г. Шварц. Вопреки ожиданиям, болезнь оказалась серь-|рзной, и 17 февраля 1784 года он умер. Похоронили И.-Г. Шварца по православному обряду в церкви села Очакова (имение князя Н.Н. Трубецкого) по Можайской дороге, в 10 верстах от Москвы. Могила прямо напротив алтаря; на белой каменной плите высечены годы жизни: 1751 — 1784, а также крест и герб покойного³⁰.

Соратники И.-Г. Шварца горячо оплакивали его кончину³¹. Высоко ставила его и либеральная историография, подававшая его как исключительно «тонко организованную и благородную на-МУРУ», «идейного и нравственного оракула своего кружка» и пр?² $ичность И.-Г. Шварца изображалась ими, как правило, только С радужных, светлых тонах, и доверчивому читателю оставалось ^ГОДько поражаться уму, благородству и энергии этого человека, много успевшего сделать для русского просвещения. щ Существуют, однако, и другие, менее лицеприятные оценки рйчности И.-Г. Шварца и его деятельности в России. Так, из-$|Фстный ученый В.В. Сиповский считал, что И.-Г. Шварц «едва Ш* не был иллюминатом»³³ (орден, основанный в 1776 году в Бава-Щии профессором Л.Вейсгауптом, ставивший своей основной зада-борьбу с деспотизмом³⁴). «В Голландии он служил унтер-офи-

цером, — свидетельствует хорошо знавший И.-Г. Шварца ритор ложи «Трех знамен», — и несколько лет прожил в Ост-Индии... Вспыльчивость его, часто доходившая до бешенства, и многие нелепые выходки не оставляли сомнения в повреждении его умственных способностей. Он был суров, сумрачен, очень строг, никогда не смеялся; даже улыбка его была принужденной и неестественной... Ко всему этому он был скрытен, и я смею думать, что это был искусный лицемер. Этот человек был, в собственном смысле слова, деспот, не терпевший никакого противоречия или сомнения. Так, например, его голос был повелительным, брови его всегда были сдвинуты; никогда он не упускал из виду цели масонства и употреблял все средства без разбора, лишь бы они только привели к этой цели»³⁵.