| рявкнул на весь театр человеческим голосом: | footlights and suddenly barked in a human voice for all the theatre to hear: |
| - Сеанс окончен! Маэстро! Урежьте марш!! | ‘The seance is over! Maestro! Hack out a march!' |
| Ополоумевший дирижер, не отдавая себе отчета в том, что делает, взмахнул палочкой, и оркестр не заиграл, и даже не грянул, и даже не хватил, а именно, по омерзительному выражению кота, урезал какой-то невероятный, ни на что не похожий по развязности своей марш. | The half-crazed conductor, unaware of what he was doing, waved his baton, and the orchestra did not play, or even strike up, or even bang away at, but precisely, in the cat's loathsome expression, hacked out some incredible march of an unheard-of brashness. |
| На мгновенье почудилось, что будто слышаны были некогда, под южными звездами, в кафешантане, какие-то малопонятные, полуслепые, но разудалые слова этого марша: | For a moment there was an illusion of having heard once upon a time, under southern stars, in a cafe-chantant, some barely intelligible, half-blind, but rollicking words to this march: |
| Его превосходительство | His Excellency reached the stage |
| Любил домашних птиц | Of liking barnyard fowl. |
| И брал под покровительство | He took under his patronage |
| Хорошеньких девиц!!! | Three young girls and an owl!!! |
| А может быть, не было никаких этих слов, а были другие на эту же музыку, какие-то неприличные крайне. Важно не это, а важно то, что в Варьете после всего этого началось что-то вроде столпотворения вавилонского. К Семплеяровской ложе бежала милиция, на барьер лезли любопытные, слышались адские взрывы хохота, бешеные крики, заглушаемые золотым звоном тарелок из оркестра. | Or maybe these were not the words at all, but there were others to the same music, extremely indecent ones. That is not the important thing, the important thing is that, after all this, something like babel broke loose in the Variety. The police went running to Sempleyarov's box, people were climbing over the barriers, there were bursts of infernal guffawing and furious shouts, drowned in the golden clash of the orchestra's cymbals. |
| И видно было, что сцена внезапно опустела и что надувало Фагот, равно как и наглый котяра Бегемот, растаяли в воздухе, исчезли, как раньше исчез маг в кресле с полинявшей обивкой. | And one could see that the stage was suddenly empty, and that the hoodwinker Fagott, as well as the brazen tom-cat Behemoth, had melted into air, vanished as the magician had vanished earlier in his armchair with the faded upholstery. |
| Глава 13. Явление героя | CHAPTER 13. The Hero Enters |
| Итак, неизвестный погрозил Ивану пальцем и прошептал: "Тсс!" | And so, the unknown man shook his finger at Ivan and whispered: 'Shhh!.. .' |
| Иван спустил ноги с постели и всмотрелся. С балкона осторожно заглядывал в комнату бритый, темноволосый, с острым носом, | Ivan lowered his legs from the bed and peered. Cautiously looking into the room from the balcony was a clean-shaven, dark-haired man |
