Так и случилось. Через неделю вся столица уже судачила о том, что Сталин столь прост, человечен, что звонит поэтам домой. А также о том, как он спас от тюрьмы Мандельштама, хотя поэт его сильно оскорбил. Всё же вождь добр, хотя в стране о нем гуляют слухи о его жестокости. На самом деле всё зло творит его окружение – товарищи по партии, и поэтому он их арестовывает и даже расстреливает. И это не первый случай, когда Сталин помогает деятелям культуры. Так было и с Булгаковым – вспомнила интеллигенция – несмотря на чудовищную критику в газетах, пьесу «Дни Турбиных» продолжают ставить на сцене Большого театра. И всё – благодаря Сталину, который лично смотрел эту пьесу уже пятнадцать раз и таким образом спасает ее от своих же товарищей. А те беды, что творятся в стране – в этом виноват не генсек, а противники Сталина, которые обманным путем проникли в партию. Поэтому в стране частые аресты, и даже видных людей – Сталин даже своих соратников не жалеет, настолько он честен и справедлив.
Спустя неделю Мандельштама отпустили и позволили ему с женой поселиться в провинциальном Воронеже. Там его сразу приняли в Союз писателей и обещали, что его стихи будут ежегодно издаваться, если он будет каждый год писать по одной поэме, посвященной вождю пролетариата.
ЗАПРЕТ
В понедельник все артисты Большого театра обедали в своем ресторане, где цены были ниже. Это делалось по указанию большевиков, желающих поддержать интеллигенцию, чтобы она верой и правдой служила новой власти. Обычно такие обеды проходили весело: беседовали, шутили, смеялись. В тот день Булгаков появился в ресторане позже – не мог оторваться от работы над новой пьесой. За столом он сидел один. К нему подсел главный режиссер Станиславский – высокий, седой, в пенсне. Они говорили о новой пьесе, и когда Михаил опустошил тарелку и выпил компот, голос режиссера стал таинственным:
– У меня для Вас неприятная весть. К нам в театр пришло сообщение: «Дни Турбиных» запретить.
– От кого? – вырвалось у писателя.
– Отдел цензуры Министерства культуры. На самом деле это указание пришло свыше.
– От Сталина? – чуть не вскрикнул со злобой писатель.
– Говорите тише, я не знаю, но уже полгода, как вождь не посещает Вашу пьесу. В других городах тоже отменили. Неделю назад в газете «Правда» была статья о беседе украинских коммунистов, которые приехали в Москву на Пленум с товарищем Сталиным. В статье говорится, что украинцы стали настаивать, чтобы «Дни Турбиных» отменили, так как в пьесе неверно показана гражданская война у них на Украине. И это оскорбляет чувства украинских коммунистов и народа. Однако, как написано в статье, Сталин защищал пьесу, но не смог убедить товарищей из Украины.
– Но в пьесе нет исторических искажений.
– Я знаю, если бы была ошибка, то о ней нам сказали бы еще два года назад. На самом деле украинцам нет никого дела до театра. Они – бывшие рабочие, редко ходят в театр и читают книги.
– Мне думается, за этим – Сталин.
– Мне тоже так кажется.
– С помощью Вашей пьесы вождь привлек на свою сторону интеллигенцию, теперь пьеса не нужна ему. Сам не стал запрещать, пусть все думают, что в этом виновны украинцы. Говорят, он дьявольски хитер. Для театра тоже сильный удар, ведь мы получали хорошую прибыль, зал всегда был полный.
– Может, нам Бухарин поможет?
– Говорят, у них отношения испортились, и его вывели из состава правительства.
– В какое ужасное время мы живем! Никогда в истории России такого не бывало, может быть, во времена Ивана Грозного, когда его опричники казнили невинных людей.
– Мне жалко Вас и наш театр, но я не знаю, как помочь. Да, в народе Вы стали знаменитостью, но в глазах коммунистов Вы – их враг. Таким они Вас считают. Будьте осторожны. Вы смелый и честный человек, и прошу Вас сдерживать себя. Смотрите, что случилось с писателем Пильняк: несмотря на популярность, его расстреляли за последний роман. Храни вас Господь!
И высокий старик тяжело вздохнул и покинул ресторан.