– Хотя причина была в том, что им вовремя не поставляли комплектующие запчасти, – пояснил инженер, – но мне кажется, чекистам просто нужны были «враги народа», чтобы Сталин похвалили Ягоду за верную службу.
– Хорошо, хоть не расстреляли ее, как других. Ей десять лет дали. Мы каждый месяц туда отправляем посылки, иначе там не выжить. Да и то, только половина достается ей, так как другую часть забирают охрана и уголовники. Вот такое горе у нас.
– Я весьма сочувствую Вам.
– Говорят, Вас тоже арестовывали? – спросил Алексей.
– Нет, просто был обыск, допросы на Лубянке.
– Храни вас Господь! – сказала Елена, – А ведь за Вашу пьесу о белогвардейцах Вас могут арестовать. Я этого очень боюсь.
– Если у чекистов были бы такие планы, то давно сделали бы.
– Я уверена, что Сталин не разрешает им – такие слухи ходят по Москве.
Вскоре муж Елены вернулся из командировки на Дальнем Востоке, и жена вернулась домой. А через неделю она решила поехать на юг в санаторий – из-за сильных болей в желудке. Перед отъездом Елена позвонила Михаилу и попросила какую-нибудь серьезную книгу, если там будет скучно. Было по-летнему тепло, они встретились в парке. На ней было цветное платье и светлая шляпа, а он – в бордовой рубашке и серых брюках с двумя книгами в руках. Они гуляли вдоль Патриарших прудов, и Елена спросила:
– Где произошла встреча Берлиоза с Воландом?
– Вон на той желтой скамейке, под старыми липами, – так уверено сказал писатель, словно эта история имела место. – Идемте, посидим там.
Когда они опустились на широкую скамейку, Михаил с сожалением произнес:
– Значит, увидимся через месяц?
– Да, так и есть. Врачи еще в прошлом году советовали ехать туда, там минеральные воды. Я буду скучать по Вам, по нашему Воланду.
– Мне тоже не будет хватать наших теплых бесед. Вы стали моим вдохновением.
– Когда я приеду, Вы уже, надеюсь, напишете новые главы.
– Признаться, я еще не знаю, как дальше будут развиваться события.
– Можно, я Вам напишу в Сочи письмо?
– Это меня лишь обрадует, я Вам отвечу.
Спустя полчаса они расстались, пожав друг другу руки.
Прошло более недели. Ближе к вечеру, гуляя вдоль берега, на закате солнца, Елена раскрыла конверт. В письме лежали два лепестка желтой розы. Это тронуло женское сердце, и что изумительно – от них еще шел нежный запах цветка. Письмо было о том, что происходит в культурной жизни Москвы. Всего понемногу – о театре, о прочитанном им романе и просто размышления о своей жизни. В конце было написано: «Целую Вас». Это обрадовало замужнюю женщину и вместе с тем напугало ее.
В тот же вечер, после просмотра немого кино, Елена стала писать ответ. Соседка по комнате – тучная женщина с грубым голосом, главный бухгалтер конфетной фабрики, – сидя на кровати, спросила:
– Небось, любовнику пишешь? Я – старая большевичка, в жизни много чего повидала.
– А почему Вы так решили? – раздраженно ответила Елена, потому что чужой человек вмешивается в ее личную жизнь.
– Всего неделя прошла, как ты здесь, я не думаю, что ты заскучала по мужу.
– Я подруге пишу о своих первых впечатлениях.
– Ну что же, такое вполне возможно, ведь подруга – это тоже своего рода любовница, только без мужского…
– Угадали, – кратко ответила Елена, не зная, как отвязаться от этой назойливой, как муха, толстушки.
– Должно быть, твой муженек – большой начальник: здесь простых людей редко увидишь. Я сама в Гражданскую воевала, многих белогвардейцев лично сама уложила, ордена имею, моя фамилия Свиридова, небось, слышала?
Елена покачала головой и сказала: «Нет, никогда не слышала», и в душе добавила: «И знать не хочу!».
Но старая коммунистка не унималась, видимо, ей было скучно:
– Итак, выкладывай, где работает твой муж, небось, в системе снабжения?
– Не могу сказать, нельзя, – решила схитрить Елена.
– Что-то не поняла тебя?
– Хорошо, Вам скажу, но только Вы – никому. Он генерал, в НКВД работает, – соврала Елена: их все боятся, иначе коммунистка не даст покоя.
Это сразу подействовало, и «толстушка» сказала, что ей пора спать. Елена включила лапу и принялась за письмо. «Дорогой Михаил Афанасьевич, я тоже уже скучаю без нашего общения. Хорошо, что есть письма». И далее Елена описала путешествие на поезде, впечатления о Чёрном море, где она бывала не раз. Первое письмо получилось коротким, и после некоторого раздумья в конце она тоже написала: «Целую Вас». Это говорило о многом – отныне они не просто друзья. Да, давно ее влекло к нему, с первых дней, когда она оказалась в его квартире среди гостей. Всё это время Елена сдерживала свои чувства, боясь, что это – просто увлечение знаменитостью. Говорят, так бывает.