Он приказал построить сеть каналов, соединяющих основные реки континента. Трезубец был связан с Манделем, Медовые Воды — с Закатной рекой. Система шлюзов позволяла речным судам преодолевать перепады высот.
— Водные пути, — объяснял он инженерам, руководившим строительством, — дешевле и эффективнее сухопутных дорог. Одна баржа может перевезти столько груза, сколько сотня повозок. А строительство канала обходится дешевле строительства дороги той же протяженности.
Параллельно совершенствовались и сухопутные дороги. Основные магистрали получили твердое покрытие, способное выдержать тяжелые грузы. Вдоль дорог строились постоялые дворы, конюшни, склады. Появилась регулярная почтовая служба, обеспечивающая быструю доставку корреспонденции по всему континенту.
Варис наблюдал за этими преобразованиями с растущим беспокойством.
— Мой дорогой лорд Петир, — сказал он во время одной из их встреч, — ваши достижения поистине впечатляют. Но не кажется ли вам, что такая концентрация производства создает... определенные риски?
— Какие именно риски, лорд Варис? — поинтересовался Мезенцев, не отрываясь от изучения отчетов о производительности.
— Зависимость. Если все королевство полагается на несколько крупных центров производства, то удар по любому из них может парализовать всю экономику.
Петир поднял глаза от документов и улыбнулся:
— А если эти центры надежно защищены и контролируются единым командованием, то риск сводится к минимуму. К тому же, диверсификация тоже имеет свои пределы. Эффективность требует концентрации.
На самом деле, Мезенцев прекрасно понимал риски, о которых говорил паук. Но он также понимал и преимущества централизации. Контролируя ключевые промышленные центры, он контролировал экономику всего континента. А это была власть более надежная, чем любая армия.
К концу года промышленное производство Вестероса увеличилось в пять раз по сравнению с предыдущим периодом. Безработица практически исчезла — новые предприятия требовали огромного количества рабочих рук. Уровень жизни простого населения заметно вырос.
— Процветание, — отмечал Петир в своих дневниках, — лучший способ обеспечить лояльность подданных. Сытый человек редко восстает против власти, которая его кормит.
Но главным достижением стало создание единого экономического пространства. Впервые в истории Семи Королевств все регионы были связаны общими торговыми связями, едиными стандартами, единой транспортной сетью. Вестерос превращался из конгломерата независимых княжеств в единое государство с развитой экономикой.
Сидя поздним вечером в своих покоях, Мезенцев с удовлетворением рассматривал карту континента. Красные точки обозначали промышленные центры, синие линии — торговые пути, зеленые области — сельскохозяйственные регионы. Все было связано воедино, все работало как часы.
Но впереди его ждали новые вызовы. Дейенерис с ее драконами приближалась к берегам Вестероса. Железнорожденные продолжали войну в Дорне. А где-то в тени плел свои интриги Варис.
Промышленная мощь была создана. Теперь предстояло проверить ее в деле.
Торговля — это война, ведущаяся другими средствами. Мезенцев понимал эту истину лучше, чем любой полководец понимал обычную войну. Контролируя товарные потоки, можно подчинить себе целые народы, не обнажив меча. А имея агентов в стане врага, можно победить до начала сражения.
Сидя в своем кабинете, уставленном картами торговых путей Узкого моря, Петир методично планировал экономическую экспансию в Эссос. Промышленная мощь Вестероса достигла того уровня, когда внутреннего рынка уже не хватало для поглощения всей продукции. Нужны были новые рынки сбыта, новые источники сырья, новые возможности для инвестиций.
— Браавос, — бормотал он, изучая отчеты о движении кораблей, — по-прежнему главный торговый партнер. Но Железный банк уже в моих руках, значит, можно двигаться дальше. Пентос, Мир, Тирош... все Вольные города должны стать частью нашей торговой империи.
Первым шагом стало создание торгового флота невиданных прежде масштабов. Верфи Штормовых земель работали круглосуточно, спуская на воду десятки новых судов ежемесячно. Но это были не обычные торговые галеи — Мезенцев проектировал их по образцу океанских судов, способных перевозить огромные грузы и противостоять штормам Узкого моря.
— Грузоподъемность, — объяснял он корабельным мастерам, — важнее скорости. Один большой корабль экономичнее пяти маленьких. Плюс новая конструкция корпуса позволяет брать больше груза при той же осадке.
Новые суда имели стандартизированные размеры трюмов, что упрощало погрузку и разгрузку. Специальные краны, установленные в портах, могли обработать корабль за несколько часов вместо прежних дней. Время — деньги, а в торговле это правило работало особенно четко.
Но флот был лишь инструментом. Главным оружием Мезенцева стали новые торговые дома, созданные под его патронажем. Формально независимые, на деле они полностью контролировались его агентами и финансировались из его казны.
