Мне показали, что никто не в безопасности, потому что безопасность — иллюзия. Меня, вон, вообще из родной квартиры выдернули, ни слова не спросив. Значит, чисто механически, подобное возможно провернуть ещё раз, и не только со мной. Так что, все эти «норки», «нычки» и «схроны» — самовнушение для тех, кто привык прятаться от чужих «птичек» в небе. Магия перемещения достанет тебя в любом блиндаже, где бы ты ни шкерился.
За эти две недели меня несколько раз чуть не убили. И, что характерно, животным, пусть и аномальным, присвоена лишь одна попытка. Остальное — люди, хер на блюде. И это влечёт за собой необходимость всенощно быть настороже, не давая себя в обиду. Так-то, кто угодно тебя попытается порешить, и прав будет: нечего ворон считать. Стычка в Академии, атака на имение Морозовых, дуэль с Бесчестных-младшим и лобовое противостояние с Бесчестных-старшим… и это лишь то, что лежало на поверхности! А ещё аномальный зверь, айна. Беспечным этот мир не назовёшь.
За эти пару недель я обрёл и нескольких друзей. Алину грех не вписать в эту свору: пусть наши отношения пугающе тонки и находятся на непозволительно шаткой опоре, возлегая промеж служебного романа и интима без обязательств, но наследница древних знаний, однозначно, мне симпатична.
Древний дед инсайд, сиречь, Великий Архимаг Путей Берислав, на пару с правнучкой меня и призвавший, тоже показал своё расположение: этот вообще хочет передать мне свои знания и отправить колдовать заместо себя, самому отойдя на покой.
Светлейшая княжна Морозова, её телохранительницы Катя и Настя. С этими тремя вообще всё непонятно, кроме одного: мы, что называется, «притёрлись». В их глазах я показал себя достаточно полезным союзником.
Где младшие — там и старшие. Вслед за Морозовой потянулась и её семья, вслед за Бериславской — её род. Значит, по аналогии, вскорости предстоит знакомство с семьями телохранительниц Ветраны. Насчёт последних не знаю, а Властислав со Святогором меня не постеснялись другом семьи наречь.
Лана туда же… Если верить словам Берислава, надёжней соратника я не сыщу. Всего-то лишь и потребовалось, что потратить на помощь ей пару магазинов патронов да несколько наименований из вложения носимой аптечки. Для меня — абсолютно необременительно, для Ланы — чуть ли не самая большая благодетель.
Поликарпович едва ли друг. Скорее, «сундук». Слоняра, если по-нашему. Пусть он похож как две капли воды на моего знакомого «Бармаглота», но он всего лишь похож. Не более того. По иерархической лестнице — представитель моего нанимателя. Можно сказать, непосредственный начальник.
Едва ли в друзья можно записать Александровского. Саныч, по сути своей, мой наниматель и есть. Может, мы с ним ещё жахнем на брудершафт, но пока что местный царёк всего лишь на всего условно нейтральный ко мне персонаж, склонный больше к «зелёным», чем к «красным». Враждебным его считать трудно.
Вещий в ту же степь идёт. Источник информации из него шикарный. Надо будет к нему несколько визитов нанести, чтоб потолковать за жизнь. Чую, директор академии — довольно бошкавитый мужик, сможет многое мне рассказать о жизни по эту сторону Грани. Станет ли другом старик, собирающийся отходить от дел и передавать дела… Не знаю. Пока что он — как Саныч.
Успел нажить и врагов. Правда, ресурсы позволяют класть их направо и налево без разбору, но их число, в первые же недели перевалившее за десятки, уже намекает, что надо быть поосмотрительней и поменьше лезть на рожон. Каким бы охеренным специалистом я ни был, но число — есть число. В какой-то момент времени подловят и тупо задавят мясом. Игнорировать толпу нельзя. В определённый миг перестаёт играть роль и огневая мощь, и уровень подготовки, и собственная борза. Надо поумерить пыл…
Примерно с этими мыслями я материализовался в комнате Алины, пробросив в неё Путь из своего мира.
В смысле, в комнату пробросив, а не в Алину.
С Оксанкой Смазновой мы расстались на тёплой ноте, ничего друг другу не обещая. Она за год отвыкла от моей компании. Хоть с радостью воспользовалась моментом и развеялась, без остатка отдавшись похоти и всласть насладившись безумной страстью, но она поняла, что не ею единой я сыт. Кроме подруги у меня других задач по горло.
— Только таблеток не жри, — приказала на прощанье она. — Ты ещё слишком молодой для них! В твоём возрасте у тебя и без них должно стоять, как дуло у танка!
Включать душнилу и напоминать, что у танка нету «дула», а чтоб не «дуло», надо закрывать форточку и не раздвигать ноги, не стал. В мои оправдания Окси не поверила, списав мой же стояк на употребление каких-то соответствующих препаратов. Переубеждать её не стал: в этом не было нужды.
Распрощавшись с подругой, я переместился в призвавший меня мир, появившись в комнате напарницы.
Помещение уже было подготовлено к отходу ко сну. Постель расправлена, на столе стоял графин с водой и два стакана, а форма Тайной Канцелярии висела, исправно выглаженная и аккуратно оттянутая на вешалке.
