Они сидели на пляже, а вокруг ни единой души. Лишь ветер и шум воды давали о себе знать, да парочка ласточек, пролетевших над их головами. Какое-то время они просто сидели, ни о чем не разговаривая. Эта обстановка волшебным образом развеяла все плохое, что затаилось на душе.
— Есть разговор, Грейнджер, — вдруг серьезно произнес Драко.
— Если это насчет твоего Диллинджера, то мой ответ все ещё «нет», — отрезала Грейнджер.
— Это не о нем, — возразил он, переключив внимание на свой галстук и небрежно поправляя на нем зажим. Встретив испытывающий взгляд Грейнджер, он шумно вздохнул и продолжил: — Есть кое-что, что я тебе не сказал, кое-что важное. Я не сказал, потому что думал, что справлюсь сам... Но сейчас, думаю, твоя помощь не повредила бы...
— Драко... — насторожилась Гермиона.
Малфой мешкал, это не могло не насторожить. Обычно когда он мешкает, он хочет кого-то убить...
— Это касательно моей матери и кое-чего еще...
Он говорил тихо, отчего Гермионе приходилось напрягать слух.
— Но я расскажу тебе только в том случае, если ты пообещаешь никому об этом не рассказывать, — твердо предупредил Малфой. — Ни Уизли, ни Поттеру, ни кому-либо ещё, ясно?
— Ты ставишь мне условия, Малфой? — вскинув бровь, изумилась Гермиона. — Тебе вроде как нужна моя помощь, и ты мне еще условия ставишь? А ты не офигел, Малфой?! С чего бы мне тебе вообще помогать? В последний раз для меня это ничем хорошим не обернулось!
— Поверь мне, тебя это заинтересует, Ангел, — хищно ухмыльнувшись, Драко поймал кончиком пальцев ее развевающейся на ветру локон и слегка намотал его на палец. — Твоя маленькая гриффиндорская задница будет вне себя от радости возможности всех спасти...
Шлепнув его по ладони, она закусила нижнюю губу и нахмурилась:
— О чем это ты, черт возьми?!
— Просто пообещай мне, что этот разговор останется нашим секретом, — настаивал Малфой, мимолетно пробежавшись взглядом по ее губам.
«Этот псих точно что-то задумал,» — проскользнула мысль в голове Гермионы. В любом случае лучше узнать сейчас и предотвратить, чем узнать потом о плачевных последствиях.
— Ладно, хорошо, идет, — согласилась Гермиона, чувствуя, что еще пожалеет об этом. — Секрет, так секрет. Но я очень сомневаюсь, что меня теперь хоть что-то заставит тебе помогать...
Собираясь с мыслями, Драко оперся локтями о колени, а рукой взъерошил свои светлые волосы. Затем достал из кармана штанов пачку сигарет, вытянул одну своими длинными пальцами и зажал ее между губ. Поднес палочку к сигарете и прикурил ее. Сделал глубокую затяжку и через мгновение выпустил густое облако дыма из своих легких.
Гермиона поморщилась от отвращения, ей не нравился этот запах. Но стоило признать, Малфой с сигаретой в руках, выпускающий губами дым, выглядел весьма сексуально...
— У моего отца с матерью есть зачарованные кольца, через которые они могут мысленно общаться, — начал Драко, выпуская очередной клуб дыма. Глаза Гермионы округлились, она тут же уловила мысль и стала внимательно слушать, не обращая внимания на потоки дыма. — Я и не знал об этом, пока отец не прислал мне письмо, в котором рассказал о их телепатической связи...
— Ты хочешь сказать, что он сказал тебе, где держат Нарциссу? — перебила Гермиона.
— Нет, она сама не знает, где ее держат. Но она передала ему информацию о Пожирателях смерти и их предводителе, — вновь затянувшись, пояснил Драко.
Полная внимания, Гермиона бросила на него выжидающий взгляд, с нетерпением ожидая продолжения.
Заметив ее заинтересованность, Драко самодовольно усмехнулся и продолжил:
— В письме отец рассказал, что они хотят заполучить коллекцию медальонов моей матери, но это совсем не простая коллекцию медальонов... Они передаются в семье Малфоев по женской линии уже несколько поколений подряд. И никто раньше даже не догадывался об их истинном предназначении. Дело в том, что мой предок был работником в Отделе тайн и, судя по всему, каким-то образом выкрал оттуда кровь прародителей всех разумных волшебных существ: русалок, оборотней, кентавров, великанов, сфинксов, дементоров, гоблинов, вейл, вампиров, домовых эльфов и троллей. Он пытался осуществить ритуал, который подчинил бы ему всех разумных волшебных существ с помощью крови их прародителей. Но когда ритуал не увенчался успехом, он поместил сосуды с кровью в медальоны, чтобы замаскировать, и подарил их своей жене. Так они стали семейной реликвией Малфоев.
— То есть их предводитель теперь хочет воссоздать этот ритуал? — ахнула Гермиона, промотав в голове всю сказанную им информацию.
— Он его уже воссоздал и усовершенствовал. Судя по поведению русалок и великанов в США, — сказал Драко, стряхивая с сигареты пепел на песок. — Но у моей матери в наличии были только пять медальонов.
— Где же остальные?
— Остальные она продала на благотворительном аукционе год назад.
— Кому?! — воскликнула Гермиона.
— Это даже забавно, — прежде чем сказать имя, Драко криво усмехнулся. — Тиберий Маклагген. Он выкупил остальные шесть медальонов за весьма не маленькую, даже для меня, цену. — Хмыкнув, он ехидно добавил: — Знаешь такого, Грейнджер?
