— Господину Ильтену всего лишь выпишут штраф. За отсутствие лицензии не отправляют на каторгу.
Кажется, Маэдо ей сочувствует. Просто не понимает, в какую задницу она угодила. Даже не столько она, сколько Ильтен. Она не пострадает, женщин же не принято наказывать. Будет трудно, однако справится как-нибудь. В каких только передрягах она не бывала, и ничего, жива до сих пор. Но не бросать же Ильтена в беде! Она не может допустить, чтобы он пострадал из-за нее. Сумеет ли Маэдо посодействовать? Он же офицер этой проклятой службы, да еще начальник, у него должны быть какие-то рычаги воздействия. Надо его разжалобить.
— Такие траты, — сокрушенно проговорила она. — Рино меня убьет.
— А вот за это — отправляют.
Попытка не удалась. Тереза судорожно вздохнула. К принесенному обеду она еще не притронулась.
— Господин Маэдо, вы разбираетесь в этих делах, как никто другой, — польстила она. — Как избежать суда?
Маэдо непонимающе пожал плечами.
— Чего вы, обыватели, так боитесь судиться? Дело-то не уголовное. Согласен, процедура довольно занудна. И деньги потеряете однозначно. Если бы речь шла только о конфликте насчет цен и клиентов, вас, возможно, оправдали бы, здоровая конкуренция Центру на пользу. Но налоги — это серьезно. Отвертеться без шансов. Однако это не конец жизни. Последствий на службе для вашего супруга не будет, разве что налоговое управление станет пару лет присматривать внимательно. А деньги он еще заработает.
— Господин Маэдо, поймите, мы не хотим суда. — Вид у госпожи Ильтен был, словно все зубы заболели разом. — Можно решить конфликт как-нибудь иначе?
— Это обойдется дороже.
Странно. Конфликтная ситуация, по сути, из-за денег. Так зачем платить больше? Но госпожу Ильтен не переупрямишь. Не хочет она суда, и весь сказ. Сильно не хочет. И нуждается в его помощи, коли не обругала его ни разу за всю беседу и не произнесла ни «увяньте», ни «отвалите».
— Налоги придется заплатить. — Он прикинул так и сяк, но это без вариантов. — Насчет лицензии я договорюсь, вам выдадут разрешение на частную практику задним числом. То есть не вам, конечно, а господину Ильтену, — скривился он. — И попробую поговорить с агентом Центра бытового ремонта. К сожалению, их головная контора на территории другого отделения, я не могу на них давить. Будьте готовы к тому, что за отзыв иска они потребуют компенсацию раза в полтора больше, чем определил бы суд.
— Спасибо, господин Маэдо. — Она наконец отщипнула кусок булки.
— Спасибо в карман не положишь и к сердцу не прижмешь. — Он постарался, чтобы это прозвучало не резко. — Что я получу за свои хлопоты? Идущие, прямо скажем, вразрез с моим долгом.
В намеке явно была обозначена альтернатива. Маэдо было интересно, что выберет госпожа Ильтен. Прижать ее к сердцу куда заманчивее, чем положить в карман очередной конверт. Конвертов в его жизни было немало, а будет еще больше. Женщин же — раз, два, и обчелся.
— Чего вы хотите? — отозвалась она. Кусок булки так и остался лежать на салфетке.
Знать бы, зачем ей так надо, чтобы суд не состоялся. Так необходимо, что она готова платить в любой валюте.
— Деньги мне не слишком нужны, — сказал он. — Хватает и на достойное житье, и на кое-какие излишества.
Она сжала губы.
— Хорошо.
Глаза превратились в льдинки. Этот взгляд, которым она его одарила, не имел ничего общего со словом «хорошо». Фактически, он был полной его противоположностью. Он ясно говорил о том, что радоваться победе предстоит недолго. Нет уж, к зохенам волшебную ночь, которая может обернуться последним утром.
— Вы могли бы помочь мне в одном деликатном деле, — промолвил он. — Или не в одном. Видите ли, для этого нужна женщина. Такая, как вы. Молодая, красивая, привлекательная.
Она отвела взгляд в сторону. Колючие льдинки скрылись от Маэдо, но на том месте, куда она смотрит, уже затвердевает гелий.
— Вам понравится, обещаю. Хотя господину Ильтену — определенно нет. Но вы просто ему не говорите. У вас хорошо получается оберегать его от ненужных волнений.
Ему показалось, что он слышит то ли скрежет зубов, то ли треск ткани пространства, вымороженной ниже абсолютного нуля.
— Мне нужна приманка, госпожа Ильтен. — Он раскрыл карты. — Мне не нравятся сомнительные элементы на моей территории, вроде тех утырков, которых мы с вами отправили на каторгу. Если бы не вы, они так и пакостили бы. По-моему, у нас неплохо получилось бы работать вместе. Конечно, есть некоторый риск. Но вы ведь способны постоять за себя.
— Что? — Она вновь повернулась к нему. Взгляд обжег, но это была уже не температура жидкого азота.
— Кстати, участие привлеченных граждан в операциях службы охраны безопасности неплохо оплачивается.
— Вот нет чтобы с этого начать, — проворчала она и подвинула к себе остывший суп. — Согласна я, согласна.
