– Дряхлый Сигизмунд не дал денег, как я не просил… – сказал Бельский, опустив голову. – Сказал, что нечего гусей дразнить на старости лет… Хочет умереть в покое, сытости и тепле, воспользовавшись плодами перемирия с Москвой… Если в Москве будут считать, что поход турок и татар организован королем и на его деньги, то… В общем, покоя хочет король… Денег не дал и не обещал даже… Шутить изволил Сигизмунд… Сказал, что и так столько ежегодных подношений на хана угробил, чтобы поднимать его против государя Василия – и все без толку, никакого проку…
– Ай-ай-ай… – щелкнул пальцами Саип-Гирей. – Как нехорошо сказал король… Ай-ай-ай, как нехорошо…
– Ну, и что дальше?.. Про короля мы и без тебя все знаем… Тебе, кто-то обещал деньги… – Лукавым, ласковым голоском проговорил Моисей. – …Но в последний момент не выполнил обещания – так?..
– Именно так… – тряхнул буйной головой князь. – И вот потому перед самым походом великий хан обозвал меня лживым и бесчестным князем… – Семен захотел сказать, что после такого оскорбления у него есть только одно желание повеситься на первом суку, но сдержался, обливаясь в сердце слезами.
– Скажи, кто тебе обещал и не выполнил своего обещания? – глухо спросил тайный советник.
– Я не имею права произносить его имя вслух – по уговору… – жалким, потерянным голосом промямлил князь.
– …Совсем заврался князь… Ай-ай-ай… – простонал хаг в мучительном наслаждении палача над пытаемой жертвой. – Совсем потерял стыд и совесть…
– Подожди, великий из великих… – голосом не терпящим никаких возражений сказал Моисей. – …Если по уговору нельзя вслух произносить некие имена… – Иудей сделал многозначительную паузу. – …И тем более, священные пароли… – Моисей пожевал губы и посмотрел прямо в глаза Бельскому. Тот принял вызов и не отвел глаз. Не мигая, парализуя волю князя, обратился к нему. – Но можно назвать это имя таинственного богатейшего человека и пароль ордена мне на ухо, неслышно для остального мира. – …Или это тоже возбраняется данным уговором?..
И Бельский, с бледным ликом и горящими глазами, рискуя головой вместе с честью княжеской, решил обратиться – будь, что будет! – к хану.
– Разрешит мне хан в его присутствии наушничать его советнику?
– Ай-ай-ай… – сокрушенно покачал головой Саип-Гирей. – Какие могут быть секреты от хана… Ай-ай-ай… – Но тут же взял себя в руки и сурово произнес. – Если это способствует моему общему делу с султаном, успешному походу на Москву, наушничай, князь, в моем присутствии…
Бельский, не торопясь, с чувством собственного достоинства, подошел к старцу-советнику, сложил трубочкой ладони над заросшим мхом ухом иудея. И прошептал пароль и имя таинственного, но «забывчивого» человека, магистра иезуитского ордена Антонио, не просто не отказывающего, а наоборот, обещавшего деньги на поход турок и крымчаков, в преддверии скорого крестового похода христиан на неверных…
Моисей отозвался очень быстро для его возраста:
– Названный человек сдержит свои обещания… Поверь на слово, великий хан, этот человек не швыряет слов на ветер… Уж одно то, что его боится сам король Сигизмунд и трепещет при его имени, говорит за себя… Даже для короля Сигизмунда, гетманов и вельмож была тайной встреча князя Бельского с великим магистром…
Иудей так ловко и элегантно то ли проглотил имя Антонио, то ли неслышно прошамкал его имя беззубым ртом, только у хана должно было сложиться и наверняка сложилось одно главное впечатление, что этот таинственный человек, которого почитают и боятся короли, не бросает слов на ветер и обещания свои выполнит… Во что бы то ни стало выполнит.
Хан смежил глаза и несколько раз щелкнул пальцами… В непростых тяжелых раздумьях произнес равнодушным голосом:
– Пусть будет по вашему… Раз деньги обещаны этим человеком, которого боятся короли… – Саип-Гирей перевел злой взгляд с князя на советника. – …Пойдем с турками на Москву под его данные обещания… Всю степь подымем… Азовцев, белгородцев, астраханцев, ногаев, азтороканцев возьмем… Князь ведь кроме одного обещания другое обещает – не ждут нас в Москве, ни сном, ни духом не ведают… А тут мы, всею степной силою… Как там с казанцами, Моисей…
– Потом о казанцах, великий хан… – твердо и спокойно сказал Моисей. – Для настоящего русского князя честь дороже жизни… Если хочешь, чтобы князь Семен был твои верным союзником – а ведь его ты хотел поставить во главе своего войска огромного, ему быть путеводителем на Москву – надо…
– Что надо? – рявкнул хан в бешенстве, уже не щелкая, а чуть ли не ломая пальцы.
– …Надо взять назад свои слова о моем бесчестии и лживости… – твердо промолвил Семен Бельский…
