Ей понадобился платок, чтобы отереть со щек струйки падавших слез… Она неторопливо вытерла щеки глаза, взглянула Ивану прямо в лицо и промолвила немного дрожащим от внутреннего напряжения голосом:
– Богу известно, как я люблю тебя, сынок, как я люблю вас, двух моих ненаглядных голубчиков, как страдаю оттого, что Юрий моих слов не слышит и ничего не понимает… А государь-отец твой, Иван, глядит сверху с небес на тебя и меня и знает он, что так как я люблю тебя, никого не любила и не смогу полюбить… Ты, родной, и его и мое продолжение, и тебе суждено – Господь даст – преуспеть в делах разумных государевых, чего не дано твоему несчастному брату… Значит, тебе, сынок, за двоих надо стараться – за себя и за брата неразумного, коли так решил наказать его мать Господь…
– Ну, что ты матушка… Разве можно так говорить… Господь каждому существу рад, любому нищему и юродивому… Вон, Николушка-юродивый – рад ему ведь Господь Бог… И Юрию радуется…
– Господь-то, может, радуется, да вот матери его не радостно… – сухо сказала Елена. – Ну, ладно, не ему, так тебе надо и греческий, и другие языки осваивать, чтобы к мудрости истории прикоснуться… Здесь ты можешь брать пример с твоей матушки… У нас, в доме князей Глинских с детства говорили на разных языках… Дядюшка Михаил, вообще, полиглотом слыл, на многих, если не на всех языках европейских разговаривал… Мне воспитание достойное обеспечил… Так что тебе, сын-государь, есть с кого в этом отношении пример брать… К десяти годам я и греческий, и другие языки знала… Между прочим, это три брата Глинских, отец Василий и его два брата, мне внушили мысль, что наш родовой городок Глинск не что иное как сожженный царем Дарием град Гелон – столица будинов и гелонов… Рассказать, напоследок – почему?.. Все таки уже поздно… Спать уже давно вам с Юрием пора…
– Расскажи, матушка… – захлопал в ладоши Иван, толкнул в бок Юрия, и тот тоже захлопал. – Еще отоспимся… А здесь такую тайну услышим… Откроем для себя нечто…
– Только занавесу приоткроешь, родной, этой тайны… – ласково сказала Елена, погладив Ивана по головке. – Все у тебя, сынок, впереди… Но я надеюсь на тебя, что ты сделаешь то, что мне не удастся уже…
– А разве тебе не удалось раскрыть историческую тайну Гелона?..
– Похоже, что нет сынок… Только контуры этой тайны обозначились… Ведь Глинск был отстроен полностью… Отец с дядями шутили когда-то – мол, отстравиваем сожженный персами Гелон… Красивый городок Глинск, но, понимаешь, Иван, чуда там не случилось… Церкви, монастыри какие-то там бесцветные, блеклые получались, паломников было – как кот наплакал… Священники в Глинске не задерживались, будто их ветром оттуда выдувало… Можно говорить о том, что латинская вера корни в Глинске пускала… Только ведь Гелон сожженный мог бы стать общим для исповедующих и латинскую, и греческую веру…
– А может, Глинск – это все же не Гелон? – спросил с блестящими возбужденными глазами Иван. – Что, матушка, указывало, что Глинск – это все же Гелон? Ведь должны быть вещи неопровержимые?..
Елена улыбнулась. В ее глазах уже не было слезинок – и от этого у Ивана радостно забилось сердце. «Слава Богу, решение тайн исторических прогоняет из матушкиных глаз слезы… Это славно… Пусть будет побольше исторически тайн, которые надо решать, чтобы матушка больше не плакала…»
Елена тряхнула головой и весело сказала:
– Придется тебе сынок и память напрячь… Ну-ка, вспомни отца истории… Был построен деревянный город Гелон, а длина каждой стены деревянной крепости – сколько стадий?
Иван без излишних раздумий не менее веселым голоском выдал точный вразумительный ответ:
– …Тридцать стадий, матушка…
– Вот и главная зацепка, за которую зацепились братья Глинские в своем родовом городе, доставшемся им от мурзы Лексада, внука Мамая, перешедшего служить в Литву к великому князю Витовту… Надо измерить длину рвов с останками деревянной крепости, а они ведь существовали с давних времен, были налицо, хотя и порушены пожаром, временем… И здесь тебе, Иван пригодятся основы математики, которые я тебе недавно преподала… Смотри, по сведениям Геродота, длина стен-рвов с каждой из четырех сторон Гелона – 30 стадий… Начинаем размышлять. Значительный периметр стен при длине, например, греческой ионийской стадии 210 метров дает общую длину стен в (30×4×210 = 25.2) двадцать пять с лишним километров. Причем общая площадь такого поселения составляет около 4000 гектар… Понимаешь, о чем я говорю? Периметр города больше двадцати пяти верст…
– Понимаю, матушка, выходит, Гелон – это очень большой город – раз его такие длинные стены окаймляли, и он на такой огромной площади возведен…
– Сложность исторической загадки усугубляется еще тем, что бывают стадии меньше и больше ионийской… Для ионийской стадии в 210 метров или даже больших длинах других стадий мы должны допустить огромную площадь территории Гелона, равной или большей 4000 га. Неподалеку от Глинска отец с дядями нашли рвы и останки так называемого «Бельского городища» на берегах Ворсклы…
