– Прости нас за резкие слова в адрес твоего предшественника, – сказал он. – Я понимаю, что мы все одинаково относимся к нашим врагам. Я уверен, что ее голова в любом случае будет торчать на копье, но теперь ты сможешь насадить ее туда самолично.
– Как любезно с вашей стороны.
Нура обошла стол и склонилась надо мной – наши взгляды оказались на одном уровне.
– Рада тебя видеть, – сказала она на аранском. – Давненько не встречались.
– Ты забралась далеко от дома, – ответила я на теренском. – Здесь мы говорим на моем языке.
Ее ухмылка испарилась, но снова она заговорила уже на теренском:
– Где Макс?
Я одарила ее безмятежной улыбкой, от которой на лице Нуры появилось замешательство.
– Я знаю, что тебе известно, где он, – сказала она тише.
Теперь аранская королева изо всех сил старалась сохранить видимость холодного безразличия. Ее напряжение и даже отчаяние почти выплескивались на поверхность. Несмотря на наркотик, моя магия трепетала вместе с ними.
Нура изменилась за последние месяцы. Словно час за часом она толкала себя к краю обрыва, постепенно разрушая по кирпичику выстроенную стену сдержанности.
Я осмотрелась. Помещение мало чем отличалось от залов, где я танцевала вечер за вечером, развлекая людей, которые считали меня лишь занятной диковинкой. «Смотрите на меня!» – приказывала я тогда, и мне удалось выжить потому, что я показывала именно то, что люди хотели увидеть.
«Смотрите на меня!» – велела я сейчас. И когда я поднялась с колен, они смотрели, задыхаясь от потрясения. Небрежной походкой я подошла к главному столу.
– Охрана! – закричала леди Зорокова.
Стражники не двинулись с места.
– Охрана! – завизжала она.
Я наклонилась и оперлась локтем на стол. Судя по всему, Зороковы черпали вдохновение из обеденного меню лорда Фаримова: здесь были представлены блюда всех покоренных Треллом народов. Я прикоснулась к миске с кровавыми низеринскими абрикосами, и они обратились в гниль.
– Вас так легко обмануть, – сказала я ей. – Вы словно сами ищете повод недооценить нас.
Я погрузилась глубже в свою магию, наслаждалась тем, как она течет сквозь меня. Роскошное пиршество медленно увяло, аппетитные ароматы сменились кисло-сладким зловонием смерти.
Как же приятно наконец дать свободу магии, которую пришлось скрывать все это время. Мерик позаботился о том, чтобы сегодня я получила настолько слабый храксалис, насколько он смог приготовить под присмотром бдительного надзирателя, не рискуя собой. Но даже под влиянием наркотиков я ощущала себя фениксом, восстающим из пепла.
Сначала все просто смотрели на меня, слишком потрясенные, чтобы пошевелиться. Нура ринулась в бой первой. Я услышала позади шаги, увернулась от ее рук и поймала за тонкое запястье.
Она не отводила глаз, лишь едва вздрогнула, когда разложение тронуло ее кожу.
Через ее плечо я взглянула на вход в бальный зал. На белой плитке плескались яркие золотые полосы заката. Ларон стояла возле двери, сложив перед собой руки. Она задрала подбородок в подтверждение того, что я и так уже знала.
– Ищешь Макса? – спросила я. – Нет нужды. Скоро он будет здесь.
– Что?.. – Нура нахмурила брови.
Дальше события разворачивались так, как я и не предполагала в лучшем из планов. В комнату ворвался один из армейских командиров, спотыкаясь и толкая гостей, чем заслужил гневные взгляды Зороковых.
– Я не смог остановить их! – задыхаясь, выпалил он. – Я не смог… никто не захотел сражаться, и…
Гости тревожно зашептались. Лорд Зороков встал.
– Договаривай! – рявкнул он.
Командир сглотнул, безуспешно пытаясь отдышаться:
– С запада. Армия.
Тревожный шепот в зале нарастал.
– И с востока, – выдохнул командир. – Войско уже здесь, в поместье.
С востока? Эта часть стала для меня новостью.
– Кто? – спросила леди Зорокова.
Как по команде, двойные двери распахнулись, и все взгляды метнулись ко входу в зал.
Я ожидала увидеть Макса.
Но на пороге стоял не Макс. Там стоял король фейри.
Я не мог поверить, что Тисаане удалось все настолько хорошо.
Мы вошли в город через западные ворота, пересекли по мостам несколько каналов. Стражники просто пропустили нас. Те из них, кто был рабами, знали о нашем приходе. Те, кто не был, оказались в странном состоянии: вялые, практически без сознания, они стояли, тяжело покачиваясь, на своих постах и даже не пытались задержать нас. Саммерин остановился, чтобы осмотреть одного из этих людей, оттянув ему пальцами веки и заглянув в глаза.
– Магия, – заявил он. – Соларий, управляющий плотью, который специализируется на зельях. Уверенная работа. Снадобье не выветрится еще несколько дней.
Как Тисаане удалось подстроить отравление почти всех стражников? Странно гордиться своей возлюбленной, проходя мимо скоплений едва не падающих тел, но тем не менее меня охватило именно это чувство. Даже Ишка испытывал некоторый трепет. Попав в Орасьев, он и не пытался скрыть раздражение по поводу нашей внезапной стремительности. Сейчас, казалось, он чуть больше верил в успех, осознав, какие меры приняла Тисаана, даже находясь в плену.
