– Я не могу. Я не справлюсь. Я не могу быть королем. О чем я только думал?
Луия презрительно фыркнула, но я почувствовала комок жалости в груди.
– Это была не твоя идея, – утвердительно сказал Кадуан.
– Я не могу, я не справлюсь, я не могу, я… я… – продолжал бормотать Эзра.
Кадуан не сдавался, но на все последующие вопросы Эзра отвечал невнятной бессмыслицей. В конце концов Кадуан со вздохом поднялся.
– Отведите его в тюрьму, – приказал он стражникам. – Но обращайтесь бережно.
Эзру вывели из комнаты, а Кадуан повернулся к нам.
– О чем он только думал, когда пытался поднять восстание? – пробормотала Луия. – Он и двух слов-то связать не может.
– Это не его идея, – холодно ответил Меджка, взглянув в окно на чистое голубое небо. – Кто-то вложил ему мысль в голову. И кто бы это мог быть?
Луия выругалась:
– Мерзавец-предатель!
– Я даже разочарован настолько бестолковым планом, – продолжал Меджка. – Хотя и не сильно. Будь Эзра чуть более собранным, все могло бы обернуться катастрофой. – Он бросил на Кадуана мрачный взгляд. – Нам нужно разобраться со случившимся. Со всей решительностью.
Между бровями Кадуана залегла задумчивая морщинка.
– Аранская королева. Нам удалось из нее что-нибудь вытянуть?
– Нет, – усмехнулась Луия. – Она не заговорит, и не важно, что мы с ней сделаем.
– Попробуй еще раз. Если ничего не добьешься до вечера, убей ее. Она слишком опасна, чтобы оставаться в живых.
Луия вздернула подбородок, но ничего не сказала. Между ней и Меджкой повисло неловкое молчание. Они переглянулись, затем снова посмотрели на Кадуана. Тщательно подбирая слова, Луия спросила:
– И кто должен выполнить ваш приказ?
Я наблюдала за Меджкой – тот не сумел сохранить бесстрастное лицо. Я практически чувствовала кипящую в нем жажду крови. Взгляд Кадуана тоже скользнул по Меджке.
– Ты хотел сделать это.
– Я заслужил, – ответил Меджка тихо, но так быстро, словно изо всех сил сдерживался, чтобы не заявить о своем праве раньше. – Я… мне нужно.
Кадуан молчал. Я гадала, звучит ли у него в голове, так же как и у меня, эхо сказанных Меджкой слов: «Почему мне нельзя утолить жажду мести, всего лишь отрезая пальцы человеческой твари, когда ради своей обиды ты готов уничтожить целую расу?»
Я подумала о лице Ишки и о том, что бы чувствовала, окажись он запертым в той темнице. Я знала, каково это – когда внутри зияет дыра, которую можно заполнить только кровью того, кто причинил тебе боль. Возможно, Кадуан тоже.
– Прекрасно, – наконец кивнул он. – Так и сделаем.
На губах Меджки заиграла яростная улыбка.
– Слушаюсь, мой король.
– Будь осторожен. Не стоит ее недооценивать. Луия, а ты позаботься об Эзре. Укрой его в надежном месте. Он прожил нелегкую жизнь, а сейчас безвреден.
– Куда вы идете? – спросила Луия, когда Кадуан направился к двери.
– Собираюсь подождать старого друга.
Кадуан не возвращался. Меджка в предвкушении скорой мести налил себе бокал вина. Я могла только порадоваться за него, – возможно, казнь Нуры принесет ему давно необходимый покой.
– Если захочешь навсегда попрощаться со своей старой подругой, – небрежно произнес Меджка, – думаю, лучше навестить ее сейчас.
Он искоса бросил на меня многозначительный взгляд. В конце концов, мы с ним всегда понимали друг друга.
Нура выглядела еще более жалкой, чем когда я видела ее в последний раз. На ее коже лиловыми цветами расцвели кровоподтеки, достаточно серьезные, чтобы бросаться в глаза даже под шрамами от ожогов. Они покрывали плечи, руку, всю левую сторону лица. Она была слаба и едва могла удерживать голову прямо. Руку с отрезанными пальцами обработали и перевязали, – видимо, Кадуан хотел убедиться, что пленница не умрет без его разрешения.
Я опустилась перед ней на корточки, и тогда Нура наконец пришла в себя. Она вздернула подбородок, словно собирая последние остатки сил для единственного гневного взгляда. Но я видела ее насквозь.
– Странно наблюдать за тобой такой, – сказала я, – когда ты так долго была моим самым большим кошмаром. Заставляет задуматься, насколько все сейчас изменилось.
– Сколько ваш король будет держать меня здесь?
– Недолго, – улыбнулась я. – Если только ты не дашь ему то, что он хочет.
– Он хочет уничтожить мою страну. Я не позволю ему этого сделать.
– Ты ведешь себя так, будто не заслужила такого обращения.
У нее вырвался резкий, горький смешок.
– Заслужила. Хочешь первой бросить в меня камень, Решайе?
– Меня зовут не…
– Ты точно такая же, как и я. Я видела, как ваш король приказал запереть двери в поместье Зороковых и перебить там всех людей.
– Работорговцев. Они не заслуживали жизни даже по человеческим стандартам.
– А что насчет Фарлионов? Они заслуживали жизни? – Она дернулась вперед, натягивая оковы.
– Ты убила единственных людей, которые что-то для меня значили. Детей. Что они сделали? Если бы ты хотела убить нас, тех, кто согрешил, я бы тебя поняла. Но ты… то, что ты сотворила…
