– Становиться в пару с хорошим игроком новичку? Серьезно? Ученик должен отрабатывать удары по легким мячам и исключительно из удобных позиций. Гортензиев же тебя забьет своими подачами.
– Валил бы ты… в другой зал, – огрызнулся Никита.
– Мне-то что, – как всегда спокойно отреагировал Петя и пожал плечами. – А ты, – он обратился к Кате, – запомни, что в спорте важно не пропускать тренировки. Важно не один раз попасть в цель или поднять тяжелую штангу. Важно постоянно промахиваться, пытаясь попасть, и поднимать десять штук легких. – Он поднял указательный палец. – Каждый день делать хоть какие-то физические упражнения. Тогда и болеть ничего не будет.
– Хочешь сказать, что это то же самое, что и насмотренность в орфографии?
– Не понял?
– Ну, когда регулярно читаешь книги, то автоматически все запоминаешь и потом пишешь без ошибок, не зная правил.
– Я всегда называл это «на глаз красиво смотрится», но вообще… Да, думаю, ты мыслишь верно.
Когда Петя собирался уходить, Катя неожиданно для самой себя спросила:
– Аверин, зачем приходишь сюда в то же время, что и я? Хочешь насладиться моей слабостью?
– Слабостью? Ты же уверяла, что играть может любой дурак. К тому же, Кошкина, ты сама согласилась на пари, так давай, доведи эту партию до конца. Ход королевы – и она твоя.
Он повернулся спиной, намереваясь уйти.
– Королевы… Только пешки могут играть так плохо, как я, – пробурчала под нос Катя, но Петя все равно ее услышал.
Он не обернулся, но Катя нутром почуяла, что Аверин улыбается.
– Я же сказал, что ты совсем не разбираешься в шахматах, Кошкина. Без пешек не было бы игры. Пешки могут запереть короля в западне. И тогда – шах. И все.
…Спустя две недели Катя держалась на корте гораздо увереннее. Даже Леонид Борисович с удивлением отметил, что неспортивная Кошкина, оказывается, может бегать и прыгать, а не только сидеть на скамейке запасных и приносить справки о болезни, чтобы не сдавать нормативы в бассейне. Узнав, для чего ей сдался теннис, тренер знатно удивился, но противиться не стал: спорт поощрялся, и заниматься мог любой студент. Было бы желание.
Теперь Катя больше не промахивалась по мячу при подачах. Хотя они, конечно, были далеки от совершенства, это все равно было лучше, чем ничего. Всякий раз на ее тренировках присутствовал Петя. И если поначалу ее это напрягало, слегка раздражало, то со временем она поймала себя на мысли, что даже ждет появления его черной взъерошенной шевелюры. И когда замечала ее в коридоре, то непременно радовалась, пусть и не желала этого признавать.
Некоторые ребята интересовались, почему он предпочитает заниматься в университете, а не в новеньком современном центре его отца. И Петя неизменно придумывал различные аргументы: то командный дух, видите ли, ощущается здесь больше, то Леонид Борисович хочет с ним побеседовать, то кто-нибудь из студентов просил с ним позаниматься. В общем, на каждое «а» всегда находилось «б».
Но Катя в глубине души точно знала: он приезжает сюда ради нее. Вот только непонятно: понаблюдать за ее прогрессом или же просто побыть рядом? Ведь занятия Петя частенько пропускал из-за тех же тренировок.
– Ну что, Катя, сегодня ты молодец. – Никита взял со скамейки полотенце и закинул его на плечо. – Встретимся разок после выходных, а там какое-то время ты должна будешь позаниматься сама.
– Почему всего один раз?
– Так ведь на следующей неделе соревнования. Некогда будет. Не слышала, что ли? Все только о них и говорят, готовятся усердно.
– Точно. – Катя почесала затылок. – Ладно, спасибо, Никита.
Попрощавшись с ним, Катя направилась в раздевалку, где ее уже ждала Яна. Из-за занятий теннисом они не виделись целых три дня, что было просто немыслимо, ведь девочки редко расставались и любили проводить свободное время вместе. Кошкина настолько сильно настроилась на победу в споре, что из-за спорта даже «забила» на лекции и семинары. И такие перемены в подруге начали настораживать Яну.
– Мы пойдем сегодня вечером по магазинам? – спросила она, как только Катя вошла в раздевалку.
– Ой… Я совсем забыла про это, – виновато опустила глаза Катя. – Думала еще прийти после вышмата сюда, постучать мячом.
– Кать, это уже ненормально, – совершенно серьезно сказала Чижикова. – Ты плюешь на учебу. Сама на себя не похожа. Куда делась Катя Кошкина, первая на курсе по оценкам, по посещаемости?
В раздевалку ввалились другие девочки, у которых вот-вот должна была начаться пара в бассейне. Катя сбросила с ног кроссовки и полезла в рюкзак, а Яна продолжила чуть тише:
– Посмотри на себя, совсем же помешалась. Еще неделя-другая, и я потеряю подругу.
– Янка, не говори ерунды, – отмахнулась Катя. – Я же просто хочу победить, только и всего. Что в этом плохого?
– В победе? Ничего. Но какой ценой…
